Книга Ангел с черным крылом, страница 67 – Аманда Скенандор

Уна точно видела, что другим девушкам он не считал за ошибку отсутствие указания типа позвонка в этом пункте, но она подавила в себе желание спорить дальше. Всего три ошибки – это хороший результат, вполне проходной. А поквитается она с ним по-другому. В тот момент, когда он возвращал ей доску с ответами, она взяла ее правой рукой, а левую запустила в его карман… и прихватила карманные часы.

* * *

Наступил вечер. Уна лежала на своей кровати, разглядывая часы доктора Пингри. Дрю все еще торчала в библиотеке, обложившись толстенными трудами по медицине. Она поднимется в комнату только около десяти, когда выключат общий свет. Часы были обычные, практичные, а не для красоты. Спереди не было украшенной богатым орнаментом крышки, а сзади – гравировки с инициалами. За них дадут десять долларов, ну… максимум двенадцать. Она, конечно, не отважится сбегать в город и сбыть их. Но и оставлять их у себя нельзя. А если миссис Бьюкенен обнаружит их в ходе уборки? Взяв их, она нарушила правило номер девятнадцать: никогда не красть, если не сможешь быстро избавиться от краденого. Равно как и новое правило, которое установила для себя: не красть ничего, пока скрываешься.

Уна вздохнула и нехотя встала с кровати. Она как-то машинально потянулась в карман доктора. Воровство у нее уже в крови. И так ему и надо. Разве честно он обошелся с ней? Но надо быть осмотрительнее. Или, вернее сказать, похитрее. Она сегодня опять была на волосок от исключения, и всезнайка Дрю не всегда будет рядом!

Уна открыла свой сундук и слегка надорвала обивку изнутри. В эту щелку она и опустила карманные часы доктора Пингри. Они скользнули вниз между тканью и деревом и провалились со стуком. Тайник, конечно, не самый лучший, но хоть не прямо на глазах… Она закрыла сундук и стала спускаться вниз, хотя больше всего на свете хотела уже сейчас лечь спать.

В библиотеке было довольно много девушек: одни листали журналы, другие играли в шахматы или карты, двое тихо беседовали у камина. Дрю сидела за столиком в дальнем углу и листала толстенную книгу. Уна снова подумала, что больше всего на свете хочет сейчас или на свою уютную кровать, или к теплому камину. Но она заставила себя подойти к Дрю. Та изучала страницу, на которой была изображена грудная клетка. Она что, не насмотрелась еще на кости? Уну так и подмывало спросить это у Дрю, но вместо этого она сказала другое:

– Можно я посмотрю книгу вместе с тобой?

– Конечно, – просияла Дрю.

Два дня спустя Уна, зайдя в шестое отделение, увидела там второкурсницу, сидящую на стуле, склонившись над ведром. Она посмотрела на Уну красными от слез и напряжения глазами, сморщилась, и ее стошнило в зажатое между коленями ведро. Уна быстро принесла влажную тряпку – и как раз вовремя: девушку стошнило снова.

– Вы как? – спросила Уна. – Может, вам прилечь?

Девушка замотала головой.

– Мне позвать сестру Хэтфилд?

– О нет!

Девушка выкрикнула это так громко, что Уна от испуга попятилась. За все то время, что Уна провела в отделении, она редко слышала, чтобы эта девушка говорила. И уж если говорила, то только шепотом.

– Все хорошо, – добавила второкурсница чуть слышно, – скоро пройдет.

Ее лицо было бледным, на лбу испарина. Ноги дрожали. Так что Уна быстро поняла, что эти симптомы – чем бы они ни были вызваны – не пройдут так скоро. Но Уна оставила девушку в покое и принялась за свою работу.