Книга Ангел с черным крылом, страница 47 – Аманда Скенандор

Но миссис Бьюкенен улыбнулась и повела Уну назад. В коридоре она открыла дверь в отдельную небольшую комнату и отступила на пару шагов, чтобы Уна могла заглянуть внутрь. В дальнем углу комнаты на полу был какой-то довольно большой деревянный ящик с закрытой крышкой. За ним вверх шли две трубы, подсоединенные ко второму ящику, расположенному чуть выше. Из угла этого ящика свисала металлическая цепочка с деревянным набалдашником на самом конце. Рядом с этой конструкцией стоял шкафчик с фаянсовой раковиной, а над ним кран.

– Это что такое? – в недоумении спросила Уна.

– Ватерклозет![29]– с легкой улыбкой ответила миссис Бьюкенен.

Уна зашла в комнату, подошла к ящикам и нерешительно приподняла крышку. Она читала о таких туалетах, но видела первый раз в жизни. Под крышкой она увидела еще одну фаянсовую чашу с зияющей дырой, уходящей в пол. Уна как можно скорее закрыла крышку и выбежала из комнаты, пряча нос в рукаве.

– А канализационные газы? – спросила Уна, плотно закрыв дверь и открыв нос. – Ведь от них болеют?

Миссис Бьюкенен лишь махнула рукой.

– Ерунда! Когда на улице холодно, этому ватерклозету цены нет!

Уна криво улыбнулась, но облегченно вздохнула, когда миссис Бьюкенен увела ее подальше от этой комнаты и ядовитых газов.

Дальше миссис Бьюкенен показала ей демонстрационный зал. Это была квадратная комната, раза в два больше, чем та квартира, в которой еще совсем недавно жила Уна. В комнате этой были всевозможные бинты, подкладные судна и пузырьки разнообразных форм и размеров. Потом они пошли в библиотеку. Уна была в ней всего четыре дня назад, но так боялась провалить собеседование, что совершенно не обратила внимания на обстановку. Здесь было много столов и кресел. За ними можно было бы разместить несколько десятков человек. Правда, сейчас тут сидели всего пара-тройка девушек. Книги были аккуратно расставлены по темам и алфавиту, но явно не для украшения, как во многих частных библиотеках. Корешки многих были оборваны и потрепаны. И это были вовсе не только учебники по медицине. Уна заметила имена нескольких авторов, чьи произведения мама читала ей, когда она была совсем маленькой. Уна с удовольствием провела по книгам рукой.

– Можно брать любые книги, – улыбнулась миссис Бьюкенен. – Главное потом вернуть на место.

Уна убрала руки от книг. Какой смысл во всех этих красивых историях, если они не помогают обрести ни денег, ни крыши над головой?

– А можно мне теперь посмотреть мою комнату?

– О, да, конечно! Представляю, как вам не терпится осмотреться в своей комнате и познакомиться с соседкой. Пойду возьму белье, и вместе пойдем наверх.

В ожидании миссис Бьюкенен Уна прошла от стеллажей с книгами в дальний угол комнаты, где в камине тлели угольки.

«Соседкой», – сказала миссис Бьюкенен. У нее что, будет всего одна соседка по комнате? Уна предполагала, что все ученицы спят в одном большом зале. Комната на двоих – это просто невиданная роскошь! Похоже, то время, что ей придется здесь переждать, пока не уляжется шумиха вокруг убийства Бродяги Майка, она проведет далеко не в худших условиях!

Справа от камина на стене висело какое-то письмо в красивой рамке. Обрамить письмо и повесить его на стену? Довольно странно, если оно не от самого президента Артура[30], конечно. Уна подошла поближе, чтобы прочитать, от кого же это письмо. Но видно было только его первую страницу. Наверное, остальные были под ней. Обращение было просто «Сэр!», и первая строка звучала так: «от всего сердца желаю Вашей ассоциации благословения Божия в этом нелегком деле – реформировании…» и далее шло подробное описание обязанностей медицинских сестер и тех качеств, которыми они должны обладать. «Медицинские сестры – это не медики! – продолжал автор письма. – Наоборот, они выполняют распоряжения врачей и хирургов, и именно они обеспечивают порядок в медицинских учреждениях, следя, прежде всего, за чистотой, регулярностью проветриваний, питанием пациентов и так далее». В этом письме сестра милосердия описывалась как умная, культурная и благочестивая женщина. Упрямством же – по мнению автора письма – отличаются лишь женщины недалекие и глупые.