Книга Ангел с черным крылом, страница 179 – Аманда Скенандор

– А что мы будем делать с вами, мисс Келли?

Уна пожала плечами. Ей было слишком страшно думать о своем будущем сейчас. Денег у нее нет. Жилья тоже. Ни друзей, ни родных, готовых взять ее к себе. Хорошо хоть, ей больше не угрожает арест. И теперь в Бельвью больше никого не убьют.

– Я не могу вернуть вас в школу, вы же понимаете…

Уна кивнула. Она и не ожидала этого. Хорошо еще, что мисс Перкинс согласилась не отчислять Дрю. Но все равно где-то в глубине души Уне было очень горько слышать эти слова.

– По крайней мере, официально, – продолжала мисс Перкинс. – Но, думаю, если расскажу нашим попечителям, как храбро и самоотверженно вы, рискуя жизнью, вывели на чистую воду убийцу, который затаился среди нас… Я думаю, они позволят оставить вас здесь. Вы сможете продолжать обучение и повышать вашу квалификацию как сестра милосердия. И сможете снова жить в спальном корпусе для персонала. Просто по окончании обучения вас не будет в списке выпускников. У вас не будет ни диплома, ни значка. Но, уверена, вы без особого труда найдете работу – честный заработок – даже и без этих знаков отличия.

– Правда? Вы поговорите с попечителями?

– Я очень редко ошибаюсь в людях, мисс Келли. В конце концов, все всегда зависит от того, какое у человека сердце. Я больше не сомневаюсь в том, что у вас оно очень доброе. Но вам придется прилежно учиться. И никакого больше вранья и краж! Это понятно?

– Да, конечно! Спасибо!

– Ну вот и славно, – слегка улыбнулась мисс Перкинс, снова погладив руку Уны. – А сейчас отдыхайте.

Но от избытка чувств Уна никак не могла уснуть. Она лежала и наблюдала, как сестра Кадди и первокурсница носятся по палате, меняя компрессы, раздавая лекарства и готовя смеси для горчичников, припарки, мази и прочее. Смотрела, как они вырезают и накладывают повязки, меняют постельное белье. Переживала, добегут ли они до пациента, который вот-вот упадет в обморок. Видела, как они ставили пиявок тому пациенту, который бредил от жара. Дивилась их терпению, когда они утешали кричавшего пациента, пока они ставили ему горячую припарку. Работа кипела, и Уна так хотела снова стать частью этого процесса. Намного лучше делать что-то, чем сидеть без дела. Так всегда говорила ее мать. И лучше творить добро самой, чем сидеть и ждать, пока кто-то сделает что-то доброе для тебя. И в первый раз в жизни Уна подумала, что мама была права.

Вечером того же дня, съев жидкой каши и выпив кружку горячего мясного бульона, Уна стала просить сестру Кадди разрешить ей немного прогуляться на лужайке внутреннего двора. Сестра Кадди поначалу была резко против, но Уна настаивала, уверяя ее, что свежий воздух пойдет на пользу ее легким.

Наконец, сестра Кадди сдалась. Она обернула Уну тяжелым теплым одеялом и помогла ей спуститься по лестнице. Весна снова вступила в свои права после временного отступления в виде мокрого снегопада в начале недели. Лужайка покрылась свежей зеленью и цветами.

– Я приду за вами через полчаса, – сказала сестра Кадди, усадив Уну на лавочку. – И пожалуйста, не ходите слишком много!

Уна кивнула, но как только сестра Кадди скрылась за входной дверью, она сорвалась с лавочки и побежала в корпус для инфекционных больных.

Койка Дрю по-прежнему стояла поодаль от всех остальных, в уголке, но Дрю уже не металась в горячечном бреду. Она сидела в подушках и потихоньку пила горячий бульон. Она очень исхудала и по-прежнему выглядела больной, но щеки ее тем не менее порозовели.