Книга Кровавая гора, страница 55 – Алиса Валдес-Родригес

– Испанские колонизаторы назвали все эти горные хребты в честь чего-нибудь красного, – добавила Мила, приходя на помощь матери. – Потому что на закате минералы местных гор окрашиваются розовым и багряным. Это очень красиво.

– А, так ты, значит, из этих… – шутливо протянул Брайс, с усмешкой оглядываясь на девочку.

– Что, простите? – вскинулась Джоди, злясь, что этот взрослый мужчина смеет насмехаться над ее отзывчивой, добросердечной дочерью.

– Ну, «колонизаторы» и все такое, – пояснил Брайс. – А что не так с «выходцами из Испании»? Как так вышло, что простое слово «поселенцы» у нас уже не в чести? Самое утомительное в визитах к Тедди и Клаудии – то, что ей непременно нужно подправлять все, что я говорю. Ну, зато теперь я понимаю, почему вы с ней так сдружились. Нет ничего хуже женщин, с головой погруженных в воук-повестку[61].

Джоди и Мила в очередной раз переглянулись. Мила, похоже, опасалась, что ее мать, общеизвестно склонная терять над собой контроль в такие моменты и, по сути, получившая от своего нового босса выговор с напутствием держать норов в узде, опять наделает глупостей. Девочка едва заметно покачала головой, словно умоляя Джоди хранить спокойствие. Тем временем все трое уже достигли подножия лестницы, но, когда Джоди и Мила собрались начать восхождение к парадной двери домика, Брайс, завидев во главе покинувшей фургон группы Адлера, резко повернул назад, к грунтовой дорожке, которая вела к воде.

– Да ну, к черту, – сказал он, заправляя в уши капельки наушников. – Пойду-ка я прогуляюсь вокруг озера, иначе еще захочу придушить братца. Так что…

– Там ужасно темно, – напомнила Джоди.

– Не поверите, но у меня в смартфоне есть фонарик, – криво улыбнулся Брайс – так, словно Джоди и впрямь была неотесанной деревенщиной. С этими словами он и удалился.

– Ну не умеют кошки ходить строем, – сообщила Джоди дочери, когда обе приступили к подъему по ступеням: две изможденные жертвы ацтекского жертвоприношения.

– Вообще-то, – ответила Мила, – на диких пум больше похоже.

– Это все из-за Кейт, не так ли? – уставившись на себя в зеркало, погромче, чтобы Адлер смог услыхать ее сквозь плеск набирающего тепло душа, крикнула Леннокс. – Все эти споры.

– Какие споры? – крикнул в ответ Адлер.

Леннокс оттянула назад кожу на щеках, чтобы посмотреть, как будет выглядеть после очередной подтяжки лица. Время уже пришло, можно не сомневаться. Она высунула голову из примыкающей к спальне ванной комнаты их номера и взглянула на мужа. Тот сидел, ссутулясь над своим смартфоном на краю двуспальной кровати, и рассеянно прокручивал ленту сообщений. Крепкий сосновый каркас кровати и покрывало в стиле индейцев навахо были такими же грубыми, вдохновленными старыми вестернами и сверх меры дорогими, как и все остальное в этом «рыбацком домике».

– Пожалуйста, не прикидывайся дурачком. – Вода оставалась ледяной; оставив ее бежать, Леннокс встала в дверном проеме и приняла эффектную позу, с упертой в бедро рукой. Ей нужно завладеть его вниманием. Но Адлер, как всегда, даже головы не поднял. Только хмыкнул в ответ.

– Дакота знает про вас с Кейт? – спросила она. – А Клаудия?

– Там нечего знать, Лен, – сказал он, быстро набирая какой-то текст большими пальцами. – Просто выбрось это из головы.