Книга [де:КОНСТРУКТОР] Терра-Прайм, страница 82 – Александр Лиманский, Виктор Молотов

Воздух в лёгких стал чище, прохладнее, с лёгким привкусом активированного угля при выдохе, и запах серы ушёл на второй план, приглушённый фильтрами до фонового уровня. Досадно, что базовая модель фильтров защищает только от крупных частиц.

Кашель раздался за спиной. Надсадный, мокрый, захлёбывающийся.

Я обернулся. Маленький троодон стоял на ступеньке двумя пролётами выше и кашлял, мотая головой, с открытой пастью, из которой тянулись нити слюны. Перья на загривке слиплись от влаги, глаза слезились, и каждый вдох давался ему с видимым усилием, со свистом, с хрипом, от которого меня передёрнуло.

Споры. Сероводород. Аватары имели фильтры, троодоны нет.

Я поднялся к нему. Присел на корточки. Шнурок ткнулся мордой мне в ладонь, горячей, мокрой, и из горла вырвался тонкий скулёж, от которого всё внутри меня сжалось.

У меня была бандана, запасная, свёрнутая в нагрудном кармане разгрузки. Серая тактическая ткань, плотная, дышащая, из тех, что используют как шейный платок в пустыне или как фильтр от пыли.

Я вытащил её, расправил. Отстегнул с пояса флягу, свинтил крышку и полил ткань водой. Вода впиталась, и бандана потяжелела, потемнела, пропитавшись влагой.

Шнурок смотрел на меня и не двигался. Доверие. Как у ребёнка, который позволяет врачу делать укол, потому что рядом стоит мама. Я обернул мокрую ткань вокруг его морды, закрыв ноздри и пасть, и завязал на затылке, между ушами, тугим узлом. Импровизированный респиратор. Не противогаз, но влажная ткань задержит споры и частично отфильтрует сероводород.

Шнурок мотнул головой. Раз, другой, пытаясь стряхнуть непривычный предмет. Ткань держалась. Он фыркнул через мокрую бандану, чихнул, тряхнул всем телом, от кончика носа до кончика хвоста, как собака после купания. Потом смирился.

Посмотрел на меня снизу вверх янтарными глазами, в которых поверх страха и дискомфорта читалось что-то, похожее на возмущение. Мол, серьёзно? Ты обмотал мне морду тряпкой?

— Терпи, — сказал я. — Внизу будет хуже.

Он чихнул ещё раз, с такой силой, что чуть не упал. Потом прижался к моей ноге, бок к голени, привычным жестом, и мы продолжили спуск.

Группа возобновила шествие.

Гризли шёл впереди. После эпизода с дисками он вызвался идти первым, вероятно, пытаясь восстановить подобие репутации. Я позволил.Пусть идёт. Если внизу есть что-то опасное, штурмовой аватар с полным магазином примет на себя первый удар. Циничный расчёт, но на Терра-Прайм цинизм был синонимом выживания.

Я нагнал его на очередной площадке. Молча шагнул вплотную и положил ладонь «Трактора» ему на плечо. Тяжело, весомо, с давлением, которое заставило его остановиться и повернуть голову.

— Ты диски дёрнул, — сказал я. Тихо, чтобы слышали только мы двое. Впрочем, акустика лестничной клетки делала «тихо» понятием относительным, и я не сомневался, что Фид и Кира слышали каждое слово. — Пока мы патроны жгли, прикрывая отход, ты набивал подсумок.

Гризли повернулся ко мне. На его лице медленно проступала ухмылка. Наглая, откровенная, из тех, от которых хочется ударить, но за которыми стоит расчёт, а не бравада.

— Мы всё равно идём к Матке, — сказал он, похлопав ладонью по набедренному подсумку, где лежали ворованные серверные диски. Глухой стук металла о металл. — Я просто обеспечил нам двойную оплату. Подумай, Кучер. Без меня эти диски сгорели бы вместе с лабой, когда «Семья» активирует термитный протокол. А так у нас есть козырь. Информация, за которую заплатит «Семья». Или «РосКосмоНедра». Или кто угодно, кому интересен проект «Химера». Я обеспечил нам всем страховку. Каждому по доле.