Книга Эхо Ганимеда, страница 42 – Руслан Самигуллин

Они шли молча несколько минут, каждый погруженный в собственные мысли. Лина не могла выкинуть из головы образ Коваленко – её последний взгляд, её добровольную жертву. Как она боролась изнутри с заражением, как в последний момент сделала выбор остаться человеком. Даже ценой собственной жизни.

«Скажите, что это было прекрасно».

Что она увидела в те последние мгновения? Что обещали ей существа? Какой рай они показали? И хватило ли у неё сил отвергнуть его не из страха, а из любви – к мужу, к дочери, к тому, что делало её человеком?

– Ты думаешь о ней, – сказал Холл. Не вопрос. Утверждение.

Лина кивнула:

– Она была хорошим человеком. Хорошим врачом. Она не заслуживала такого конца.

– Никто не заслуживает. – ГолосХолла был тягостным от вины. – Моя работа была защищать всех. Я дал клятву, когда принял должность начальника безопасности. «Защищать жизни экипажа любой ценой». И я провалился. Половина станции мертва или хуже. Коваленко, Петров, все остальные…

– Ты не мог знать, – начала Лина.

– Должен был! – Холл ударил кулаком по стене, металл загремел. – Пятнадцать лет назад я написал докладную о катастрофе «Сириуса». Я говорил, что это не было обычной аварией. Что нужно исследовать, подготовиться. Меня заткнули, отстранили от дела, сказали забыть. И я забыл. Я позволил им убедить меня, что я параноик. А теперь… – его голос сорвался.

Лина остановилась, повернулась к нему:

– Маркус, послушай меня. Если ты будешь винить себя за всё, что пошло не так, ты не сможешь сосредоточиться на том, что ещё можно исправить. Мы живы. У нас есть шанс. Маленький, но есть. Не трать энергию на вину. Используй её для ярости. Для решимости. – Она положила руку на его плечо. – Елена выбрала умереть человеком. Не предавай её память, сдавшись сейчас. Покажи этим тварям, что люди не сдаются.

Холл посмотрел на неё, и в его глазах промелькнуло что-то – удивление, уважение, благодарность.

– Ты права. – Он выпрямился, его челюсть сжалась с решимостью. – Прости.

– Мы все имеем право на слабость, – мягко сказала Лина. – Главное – не позволять ей управлять нами.

Они продолжили путь. Маршрут к центральному посту вёл через полузатопленную техническую секцию – узкие коридоры, забитые оборудованием, где легко было спрятаться, но также легко попасть в засаду. Ледяная вода колола кожу сотнями игл.

Свет мигал хаотично, словно система боролась сама с собой. Иногда лампы горели ярким белым, иногда тускнели до тёмно-красного, затем переходили в тот зловещий голубой оттенок.

Внезапно они услышали звук впереди. Не шаги. Не голоса. Скрежет металла, удары, что-то похожее на борьбу.

Они ускорились, свернули за угол – и увидели.

Дэнни. Молодой техник, который пошёл со Стоуном к центральному посту. Он был прижат к стене тремя заражёнными, отбивался руками и ногами, но силы неравны. Его лицо выглядело искажённым страхом и яростью, на губе кровь.

– ЭЙ! – заревел Холл, бросаясь вперёд. – Отойдите от него!

Заражённые повернули головы с механической синхронностью. Их светящиеся глаза оценили новых противников. Один из них –это была техник по имени Сара, – отпустила Дэнни и двинулась навстречу Холлу.

Холл не церемонился. Он размахнулся гаечным ключом и ударил её по голове со всей силы. Звук был ужасным – хруст кости, металлический звон инструмента. Сара упала, но не потеряла сознание. Она попыталась встать, её движения стали неуклюжими.