Книга Кровь Дома Базаард, страница 445 – Дина Шинигамова

Планы Марет доказывали, что инстинкта у нее этого не было. Точнее, его заслонила жажда власти и – Тито был уверен – чей-то елейный голос, вливающий в уши матери нужные слова и заверения, которые она так хотела услышать. Встань Риттора во главе клана – если бы такое произошло мирным путем, – в краткосрочной перспективе ничего ужасного бы не случилось, но Тито слишком хорошо знал свою мать. Жесткая на грани жестокости, не терпящая никаких возражений, она была склонна к авторитарности и разобщению любой социальной группы. Как разделяла Марет собственных сыновей – трое старших были обласканы вниманием, двое младших вызывали досаду, – так разделяла бы и воронов, возвышая Старшие семьи и едва ли обращая внимание на Младшие. Перенося поведение матери на масштабы клана, Тито понимал, что через несколько десятков лет вороны начали бы роптать, и вместо того, чтобы прислушаться к ним, Марет постаралась бы задавить недовольных силой. Власть, основанная на страхе, а не уважении, всегда хрупка, и через какое-то время в клане неминуемо начнется восстание – в той или иной форме. Неумение матери договариваться и идти на уступки создаст проблему с существующими союзами и поставит под сомнение будущие.

Об Игре и говорить было нечего: из всех прямых отпрысков постоять за себя мог только Тито. Остальные же детеныши (причем только мужского пола!) проходили основы фехтования и рукопашного боя на уровне общего физического развития, бесконечно далекого от стандартов Игры. Наблюдая за шибет во время поединка с шакалом, Тито был приятно удивлен талантом Шиина: журавль смог натаскать полукровку на очень неплохой уровень. И пусть ей все равно недоставало легкости движений чистокровных хеску, особенно свойственной летящим, можно было не беспокоиться, что она проиграет на первой же атаке. Но на это ушло семь лет ежедневных тренировок с одним из лучших мастеров Боя своего времени. У Риттора в запасе был бы год, положенный уставом при смене правящей семьи. Никто из них не будет готов выступить в Игре хоть сколько-нибудь прилично через такой короткий срок, а значит, все обернется чередой поражений – и, что уж там, смертей. Не то чтобы Тито был сильно привязан к братьям, но все же предпочитал видеть их живыми,а не мертвыми.

Правители ни из кого из них тоже не получались: все привыкли беспрекословно слушаться Марет и делать только то, что она говорит, не имея ни привычки, ни умственных возможностей мыслить в масштабах и перспективе всего клана. Кому бы перешла власть после кончины матери, можно было только догадываться, но в любом случае там появлялись те же самые вопросы о состоятельности вероятного Владыки. О том, что Сила, переброшенная из одного рода в другой, ослабевала, можно было даже не упоминать, это оставалось наименьшим из зол.

Словом, Риттора нельзя было вставать во главе воронов никоим образом. И особенно незаконным.

Тито понимал, что для воронов начинаются темные времена и что за его матерью стоит кто-то более сильный – и, что хуже, скорее всего, более умный. Но то, что в заговоре участвует и Олия, которому, он знал, ша-Базаард доверяет, хеску такого высокого положения, показывало, насколько все на самом деле плохо. Определенно, времена наступали темнее некуда, и воронам нужна была вся возможная поддержка.