Книга Кровь Дома Базаард, страница 412 – Дина Шинигамова

– Проблемне возникло?

– Нет.

Они замолчали, и невысказанные слова повисли между ними. Оба знали о них, и оба не торопились озвучивать, понимая, что на текущий день выпало уже достаточно испытаний, но то, что предстояло, было еще сложнее и еще больше.

– Жду тебя назад к полудню, – наконец проговорил Непура, опуская глаза обратно к документам и ставя на одном из них размашистую подпись.

– Арест или слежка?

Микорда вздохнул, посмотрел на Тито.

Тот пожал плечами:

– У нас было две группы подозреваемых: Сильтара и моя мать с Олией. Сильтара наглядно доказал, что самый очевидный вариант не всегда самый верный. Остаются матушка и номтеру.

Непура устало прикрыл глаза, поскреб заросший щетиной подбородок.

– У нас недостаточно улик. Все, что мы имеем сейчас, – косвенные доказательства и домыслы. А шеру Риттора стоит очень, очень высоко, Тито. Как и Олия. Такую величину нельзя покачнуть, это должен быть один точный удар. Иначе станет только хуже. И я сейчас даже не о шуме, который, вне всякого сомнения, поднимет твоя мать. Она, Олия и тот, кто стоит за ними, затаятся. Наша задача сейчас – узнать как можно больше и не пропустить следующее покушение. А я уверен, что оно будет.

– Я тоже. – Тито задумался на мгновение. – Шакал показался мне странной кандидатурой. Шибасу явно был ему не по руке и порядком вымотал. Двигался он довольно скованно… Это не тот, на кого можно было бы рассчитывать, отправляя на убийство. Или они очень сильно недооценивали шибет, что странно и нелогично.

Карем слушал его внимательно, чуть нахмурившись.

– Думаешь, это было что-то типа проверки?

– Скорее всего. – Тито вызвал в памяти схватку, то, как двигались оба ее участника. – В таких делах действуют с уверенностью, а шибет одолела Турике довольно легко. Я думаю, это просто был пробный камень, а не настоящее покушение. И значит…

– Нам нужно опасаться чего-то куда более масштабного, – закончил Непура, чувствуя, как мимолетное облегчение оттого, что Лиан не пострадала, исчезает, уступая место свинцовой тяжести грядущих проблем.

Лиан не глядя махнула рукой, и дверь ее комнаты захлопнулась, повинуясь Силе.

Она сидела прямо на полу возле тайника, сжимая в пальцах несколько старых, пожелтевших от времени листков, которые достала из небольшой картонной папки. На паре из них были стихи, неловкие и угловатые, но наполненныеюношеским рвением и жаждой творчества. Почерк матери Лиан узнала: те же завитушки и округлые буквы, которыми была подписана найденная ей книга сказок. Дальше шли зарисовки Сат-Нарема – знакомые резкие линии углем, которые Лиан видела на набросках матери и когда та уже стала взрослой. Она перебирала их, стараясь понять, что это за улицы, но ни квартал воронов, ни псовых, ни журавлей не походил на эти низкие, местами покосившиеся дома. Только заметив, что ни на одном из рисунков нет фонарей, Лиан догадалась, что Джабел рисовала дикие кварталы, причем наиболее отдаленные их улицы, где девушке ее положения вообще не стоило показываться. Это было странно…

Бережно отложив наброски в сторону и решив, что повесит их на стену вместе с картой твердынь, Лиан взялась за следующую пачку, перетянутую бечевкой. Аккуратно распутав узел, развернула первый лист.

Оттуда на нее смотрел молодой мужчина. Набросок был сделан явно второпях, видимо по памяти, но линии были уверенными, широкими, и в несколько штрихов Джабел смогла передать и широкие плечи, и жилистую, поджарую фигуру. Светлые волосы были коротко острижены, и Лиан показалось, что вихор над правой бровью Джабел вырисовывала особенно тщательно, будто это было чем-то… особенным для нее.