Книга Кровь Дома Базаард, страница 39 – Дина Шинигамова

От Тиора не укрылось скользнувшее по лицусоветника выражение праведного гнева, глухим ударом отдавшееся в мыслях, – слабый в таэбу, Олия практически не мог контролировать трансляцию своих эмоций. Опустив подбородок на пальцы левой руки, Тиор устремил взгляд в окно – дождь никак не прекращался, и за стеклом все так же кружевными тенями колыхались кроны деревьев.

– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, – проговорил он размеренно. – Что я слишком мягок с ней. Не отрицай. – Он качнул головой, прерывая начавшего было извиняться Олию. – У меня были другие дети, и я был с ними строг и суров. И что же. Старшие предпочли жить в Сат-Нареме, и со временем их забрал туман. Джабел покинула дом, выбрав человеческую долю. Лимар… погиб слишком рано. И я думаю, в этом есть моя вина.

На этот раз Олия даже не пытался скрыть изумления. Грустно посмотрев на него, Тиор вновь перевел взгляд на скользящие по стеклу капли.

– Он действовал в Игре в интересах Дома и клана. Я постоянно твердил ему, что это самое главное. В итоге он позабыл о собственной безопасности, ценил свою собственную жизнь ниже, чем положение Дома, и рисковал слишком сильно, не думая о последствиях, стремясь лишь достигнуть результата. И вот он, результат…

Тиор замолчал. Олия смотрел на сюзерена с благоговением и ужасом одновременно – тот впервые разговаривал с ним настолькооткровенно, впервые поведал ему не только секреты клана, чего требовала должность номтеру, но и свои тревоги и свою давнюю боль. Олия со страхом увидел в Тиоре не только Владыку, патриарха семьи и главу клана, но и осиротевшего отца, потерявшего всех своих детенышей.

Сам Олия семьей так и не обзавелся. Сначала понимал, что не сможет ее обеспечить, потом рвался вперед, прогрызая себе путь наверх, затем был слишком занят делами клана… А потом стало поздно. И хотя у хеску было принято заводить много детей и держаться за семью, о своем положении он не беспокоился: семья его была не настолько родовита, чтобы желать ее продолжения, а воронов в Сат-Нареме и без его вклада хватало.

И вот теперь он пытался понять то, что можно было только почувствовать.

– Так что не осуждай меня, Олия. – Тиор повернулся к своему советнику, и взгляд его черных глаз обжег, словно раскаленный уголь, напоминая, ктоон. – Я не хочу потерять последнего детеныша рода Базаард.

Олия сглотнул и ссутулился, незаметно для самогосебя вцепившись пальцами в край стола. Нет, не помягчел сердцем Владыка, не утратил прежней силы! Испуганный импульс таэбу вырвался сам собой, придя к Тиору ощущением слепой покорности.

Взгляд Владыки потеплел, и легкое ободрение коснулось сознания Олии. Он выдохнул, только сейчас заметив, что задержал дыхание, и сел ровнее.

– Какая, – он отхлебнул из пиалы, смачивая пересохшее горло, – какая она, шамари?

Он сомневался, что на его веку глава клана сменится, что ему придется общаться с новой ша-Базаард, но любопытство взяло верх. Олия почти не покидал внутренний мир, и девочка, воспитанная как человек, была для него диковинкой.

– Скоро увидишь. – Тиор улыбнулся одними губами. – Уверен, Совет не преминет воспользоваться ситуацией и устроить из этого слушания представление, так что мне нужны все, кто имеет хоть какой-то вес. И ты, конечно.

Последняя фраза разлилась по телу Олии торжествующим теплом, заискрилась в крови признанием важности его роли.