Онлайн книга «Как поймать монстра. Круг третий. Книга 1»
|
А затем… затем Купер начал петь. И эта песнь, которую Джемма не понимала, это обещание — которое предстояло нарушить, которое лишит Джемму всего, что у нее осталось, — повернуло время вспять. — Я не умру, — сказал Купер. — Клянусь тебе. Все, о чем Джемма не знала, уже случилось. Все, чего она боялась, уже когда-то произошло. Она уже теряла его. Она уже хваталась за кровоточащую рану на своем животе. Она уже смотрела, как Купер падает в черный зев колодца. Из-за нее те, кто был ей дорог, уже умерли. Этознание — простое и ужасающее — выбило ее из колеи. Мир вокруг больше не был понятным и простым: он стал зыбким, как и положено во сне. Пока она смотрела в застывшие глаза Купера, где-то глубоко в голове медленно возвращались удары барабанов. Купер замолчал, и его молчание разрывало сердце чужой болью. Джемма знала: для того чтобы все это снова не произошло, ей нужно что-то сделать, — Марвола’эди’р’Гдау!— но… — У меня в руке нож, — бесцветным голосом сказала Джемма, продолжая смотреть ему в глаза. Она знала это, как во сне знаешь вещи, которые знать не должен. И только озвучив это знание, она ощутила в руке холод металла. Купер шагнул вперед. Джемма попыталась отступить, но едва не соскользнула вниз. В последний момент извернувшись, она обнаружила, что позади нее откуда ни возьмись в земле появилась бездна. Черная дыра в мироздании. Оттуда, из глубины, вырвался порыв ледяного ветра, разметав Джемме волосы и заставив мгновенно продрогнуть. У ветра не было запаха, только ощущение — как у голоса, манящего к себе. Из бездны поднимался легкий, словно пар, туман. Джемма подалась назад, повалилась на спину, поползла, вспахивая землю ногами… Снова поднялась. Все это время Купер стоял на месте. Первый шаг он сделал только после того, как Джемма наконец встала на ноги, — шаг то ли к ней, то ли к бездне. Разницы сейчас не было. Шаг за шагом Купер шел к ней — и Джемма знала, что должна сделать. Барабаны в ее голове били об этом; людская песнь, полная горького торжества, пела об этом; для этого горели под веками пожары и вздрагивала под ногами земля, терзаемая орудиями. Последние десятки лет вели к этому. Марвола’эди’р’Гдау! — Купер, прекрати, — вырвалось у Джеммы. — Уходи отсюда! Уходи! Нож в ее руке — железный, грубый, разрезающий связи и пронзающий холмы, — задрожал, готовый к тому, для чего его создавали. Марвола’эди’р’Гдау. «Нет, — с ужасом подумала Джемма, — нет!» Марвола’эди’р’Гдау! — Я не хочу его убивать, — проскулила Джемма. В ней зрело столько чужого отчаяния и любви, сколько не могло уместиться: это были слишком сильные чувства. Сердце билось о ребра, и каждый удар отдавался болью. Лицо Купера было таким родным, каким никогда не могло быть в реальности. Купер ли это, не имело никакого значения. Она не может его убить. И в тот момент, когда рука Джеммы с ножом дрогнула, все было решено. Куперу не понадобилось пересекать расстояние, разделявшее их: он просто оказался рядом. Так близко, что Джемма могла различить свое отражение в его зрачках, могла почувствовать его дыхание, могла остановить это, могла… Нож больше не был у нее в руках. Джемма почувствовала, как под ребра входит железо: словно огненная волна, проникающая в грудь. Она не смотрела вниз: задохнулась, глядя в чужое, незнакомое лицо, и прижала руку к животу, нащупывая рукоятку и чужую ладонь. |