Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 1, страница 105 – Арина Цимеринг

Не здесь. Где угодно, но не здесь.

Потому что если есть хотя бы крохотный шанс, что это голос Винсента, то Джемма никогда уже не будет «в порядке».

— Черт, Джемс, посмотри на меня, окей? — Голос зазвучал прямо над ней, и Джемме захотелось вернуться в мучительное небытие. Она снова попросила об этом — и снова тщетно. — У тебя были судороги, и я еле сбил температуру, мне надо знать, что ты…

И она открыла глаза.

Его лицо нависало прямо над ней — тревожное, бледное, его лицо.В темноте света фонаря хватало, чтобы разглядеть тонкую полосу на щеке, словно ее поцарапал куст или рваный край стены; грязные растрепанные волосы, несколько прядей, налипших на лоб. Серые тени под глазами.

Внутри все задрожало. «Пожалуйста, нет», — снова подумала Джемма.

— Хорошо, — сказал Винсент, все еще глядя на нее. Голос был тихим, ровным, без нажима. — Ты пришла в себя? Ты понимаешь, где ты?

Джемма молчала. Ее пальцы медленно сжались в кулаки, и узел на запястьях едва заметно натянулся. Он был грубый, тяп-ляп, слишком высокий и затянут в спешке. Такой завязал бы Винсент. Ему всегда с трудом давались хорошие узлы.

«Кукла Самайна, — продолжала просить она, даже зная, что пастор врал. — Кукла Самайна, не Винсент».

— Тебя не может…

— Я здесь, — оборвал ее Винсент, будто торопясь. — Это я. Хорошо? Я нашел тебя.

И он попытался улыбнуться.

— Я нашел тебя, — повторил. Очень просто. Почти с облегчением.

И Джемма поверила.

Это было глупо — после всего, что произошло, — и безрассудно, и нелогично. Но в этот момент Джемма ему поверила. Будто могла чувствовать, что он — настоящий, а не подделка; будто ощущала, как наяву, его плоть и кровь, а не ледяной холод от остатков того, что когда-то было человеком. Будто смогла сразу понять, что здесь — в этом взгляде, в этой нервной, тревожной улыбке — Самайну не оставалось простора для лжи.

И, когда она поверила, ей захотелось кричать.

* * *

— Как вы думаете… — Дыхание Киарана немного сбилось. — Это все проложили… пикты?

Ответить было трудно. Кэл даже представить не мог, скольких сил, времени и жизней стоило пробить такие ходы людям, жившим до нашей эры.

Свет фонарей рассеивал темноту впереди, но поворот за поворотом переплетение каменных ходов не менялось. Только иногда сужалось, заставляя тревогу внутри шевелиться — а не зайдут ли они в тупик, где пролезть будет нельзя, — а иногда расходилось, давая дышать свободнее.

— Ты мне скажи. — Кэл аккуратно двигался по неровным глыбам под ногами, рукой с пистолетом опираясь на стену. Фонарик он засунул в шлевки на джинсах, и тот теперь неудобно впивался в бедро. — Я в этом вообще не разбираюсь.

Киаран вздохнул, шаря фонариком у них под ногами.

— Это должно было занять у них десятилетия. Двадцать, тридцать лет? У них ведь не было современных инструментов.

Судя по голосу, даже без Купера на спине, ему приходилось непросто. Он шел сзади, несмотря на то что так для Кэла оставалось меньше света, — пускать пацана вперед в условиях полной неизвестности было бы неосмотрительно.

Кэл покосился на каменную стену:

— Сильно ж Самайн, получается, их достал.

— Вы… очень… спокойны… когда говорите о нем.

Будто он не злобный божок-пирожок, который хочет чего-то очень гнусного?

Кэл хмыкнул:

— Это приходит с опытом.

— Не уверен, что хочу получить такой опыт, — пробормотал Киаран, взбираясь вслед за Кэлом по камням. Тоннель начал снова уходить вверх, а потолок то и дело грозил придавить их к земле, и ему, судя по голосу, это не нравилось. — А с другой стороны…не уверен я и в том… что у меня есть выбор.