Книга Правила выживания в Джакарте, страница 195 – Арина Цимеринг, Оксана Багрий

— Спасибо за заботу, но… — с натянутой улыбкой начинает Арройо.

На заднем плане кто-то из людей Юды хрипло смеется:

— Слышал, Гема? Наши зарубежные друзья думают, что смогут выбить что-то из демона Деванторы.

Но Арройо все равно продолжает:

— Но я не собираюсь ничего из него выбивать.У вас сложилось некорректное мнение о способах нашей работы, коллеги. Я собираюсь задать ему пару вопросов. Не больше.

На невыразительном лице Юды впервые проскакивает что-то не из базового набора эмоций вымуштрованного увальня — он почти улыбается и хмыкает:

— Полагаешь, что умнее Деванторы, американец? — А следом делает приглашающий жест рукой. — Ну вперед. Он внизу, на втором этаже. Попробуй-ка его разговорить.

* * *

Юда доводит их до лестницы — дальше будто бы не позволяет идти видимая только ему надпись «Оставь надежды всяк сюда входящий». Впрочем, они справляются сами. Самая забаррикадированная из всех дверей выглядит как та, что им нужна. Возможно, они узнают ее по тому, что на нее нацелена стационарная турель. За турелью никто не стоит — двое из людей Юды сидят на ящиках у стены, но нужную атмосферу она создает.

Когда Юда уходит обратно наверх, Арройо оборачивается на Кирихару и Бирч:

— Понаблюдаете?

— Пусть лучше думает, что вы наедине, — говорит она, — я послушаю отсюда.

— Эллиот?

— Нет, спасибо, я лучше… останусь здесь. — Не то чтобы Кирихаре улыбается вариант сидеть среди копов-головорезов, но он примерно подозревает,как может пойти разговор Деванторы и Арройо: присутствовать при этом ему совсем не хочется.

— Да брось, — Арройо смотрит на него мягко, будто бы ему уже четырнадцать, а он все никак не освоит езду на велосипеде, «но это ничего страшного, милый»; он замирает у двери, а потом вздыхает: — Я не собираюсь причинять ему никакого вреда.

Кирихара готов поверить ему на слово. Проверять он не хочет.

— Лучше посижу наверху вместе с Николасом, послушаю разговоры. Может, услышу что-нибудь интересное, — говорит он.

У Арройо на лице ни следа разочарования, но, видимо, у него просто было мало ожиданий. Остается только кисло ему улыбнуться и пожелать удачи. Он и желает:

— Удачи. — И берет курс обратно на лестницу.

Правда, он не уверен, что высидит долго. Когда он поднимается, его не удостаивают и взглядом. Что ж, так даже лучше. Пока он не поведет себя подозрительно, всем тут будет все равно. Даже Николасу: удивительно, но тот почти с энтузиазмом переговаривается с лохматым Гемой.

С души падает примерно тонна, но остается висеть еще с десяток мертвых грузов.

* * *

Про Девантору рассказывали многое.Многое писали в его досье, многое сообщали таинственным полушепотом, но больше всего орали во все горло. Преимущественно про то, что он дикий, абсолютно безумный человек.

Ну что же. Арройо даже немного рад возможности убедиться в этом самому.

Девантора встречает его эксцентрично: прикованным к трубе. Он заинтересованно поднимает на Арройо взгляд, будто бы они старые знакомые, которые пересеклись на арт-выставке в гламурной художественной галерее. Арройо дружелюбно кивает ему, сразу отмечая то, что не так бросалось в глаза на бертильоновских фото из его досье: черты лица у него истерические. Будто бы какой-нибудь современный художник вдавил до упора кисть в полотно и начал в припадке чиркать краской, прорывая холст.