Книга Поцелуй Зимы, страница 95 – Надя Хедвиг

* * *

Ночной воздух пах свежестью и нагретым асфальтом. В небе висел полумесяц, разбавляя темноту вокруг слабым молочным светом. Вдалеке взвизгнул мотор, разгоняя авто дальше по проспекту, и снова все стихло.

Я прошла мимо лавки, на которой целую жизнь назад писала завязки к рассказам, и остановилась, ожидая, что Антон пойдет следом. Но он решительно направился к парковке.

– Ты что, на машине приехал?..

– На вертолете прилетел.

Он остановился у микроавтобуса. Я представила, как он ехал по трассе, распивая водку. Или что там – коньяк?

– На фига ты приехал, если так злишься?

– Чтобы ты, блин, спросила! – Он с размаху впечатал кулак в дверцу кабины. Заорала сигнализация. Антон порылся в карманах и что-то нажал. Сигнализация смолкла. Он вдруг сбросил куртку. – Сделай это уже, ладно? И я все расскажу.

Тренированное тело в черной футболке выделялось на фоне серебристого микроавтобуса. Развитая от йоги грудная клетка плавно перетекала в широкие плечи. Через предплечье тянулся свежий шрам.

– Ну? – нетерпеливо спросил Антон.

– Как насчет «пожалуйста»?

Он схватился за бритую голову.

– Чертовы погодные тетки! – прорычал он. – Хельга была единственная вменяемая среди вас. Что еще мне сделать? Сплясать для тебя? На колени встать?

Кажется, кто-то подошел к окну на первом этаже, но я не обернулась. От Антона текла мерцающая энергия, покалывая мне кожу и ладони. Ему было больно, я это чувствовала – и знала, что могу заморозить его боль. В голове возник образ заснеженных деревьев, но я прогнала его: так я заморозила Ваню. Нужно было что-то другое – то, что физически не навредит Антону, но заморозит его изнутри.

Я сделала пару шагов и остановилась. Что бы ни причиняло ему сейчас боль, оно было таким мощным, что он едва держался на ногах. Я понятия не имела, как ему помочь, и надеялась только, что моя суть и сила справится сама.

– Думай об этом, – прошептала я, наконец приблизившись так, что могла дотронуться до него.

– О чем? – Он со всей силы пнул шину микроавтобуса. – О чем я должен думать?

С каждым моим шагом его боль звучала громче, как музыка на дискотеке, которая отдается прямо в голове. Антон замер, когда я осторожно обняла его, готовая в любой момент разомкнуть руки. Одна ладонь легла ему на спину, другой я сжимала ключи, так и не придумав, куда их деть. Я вдохнула его запах, закрыв глаза и погрузившись в теплое марево боли. Что у него произошло? Умерла мама – может, в этом дело? Сердце Антона колотилось с бешеной скоростью, будто хотело убежать из-под моих ладоней. Мне это нравилось. Тому, что рождало во мне холод, нравился этот первобытный страх.

А если я его убью?

Испугавшись этой мысли, я разжала руки, да так внезапно, что Антон покачнулся.

– Что? – Он ощупал себя. – Не сработало. Еще не все.

Я отошла от него на пару шагов и, чтобы куда-то деть холод, взялась за ветку молодого деревца, едва доходящего мне до груди. Кора тут же покрылась инеем.

– Осторожнее с кустами, – сказал Антон. – Юля тебя предупредила. – Он снова провел рукой по груди. – Почему ты остановилась?

В окне над нами зажегся свет. Я переложила ключи в другую руку, чувствуя кисловатый запах железа от вспотевшей ладони.

– Давай… давай лучше сядем в машину, – предложила я. Голос звучал хрипло.