Онлайн книга «Паучье княжество»
|
Настя вмиг побелела. Впрочем, краска также спешно сбежала и с лица Маришки. Тряпки, что наматывала Анфиса вместо бинтов, были грубыми и плохо постиранными. Они больно царапали рану, но приютская и не замечала того, во все глаза таращилась на Анфису. – Чего вылупились? – проскрипела служанка. – Не поверю, что слухов не слышали. Вы, шпана мелкая, быстрее всех обо всём вынюхиваете. – Мы п-пг'о слухи знаем… – выдавила Настя. – Что Нечестивые гостей не жалуют… – Не жалуют? – расхохоталась Анфиса. Её горло снова заскрипело, будто старые дверные петли. – Они и прибить могут, вы на носу-то себе зарубите… Гости залётные всю семейку их и умертвили… – Княжичей? – осторожно спросила Маришка. – Ась? – Княжескую семью? – Так, а кого ещё-то? Хозяев, так. Али вы чаго? Про тварюх прознали, а про того, чаго случилось, нет, что ли? – Мы приехали издалека, – возразила приютская. – Знаемо мы, откуда вы приехали, – вдруг улыбнулась служанка, улыбкой до того странной, что Маришка с несколько мгновений не могла оторвать от той взгляда. – А здесь-то да… Здесь князья долго жили, Зубовы. Жили-жили, пока зимой одной бродяги какие-то их не перерубали. – Бродяги? – Так. Гости незваные…Ночью одной к ним на ночлег попросились. Да так одеты были… Богато, хорошо. Приветствия на ненашенском знали. Пустили их за порог, значит. А они возьми да всю семью переруби ночью. Вот такие вот гости дорогие, – она хихикнула. – Дорогие гости. С той поры души Зубовых, неупокоенные, туточки и беснуются. А по ночам, – её улыбка стала такой широкой, что стали видны чёрные дёсны, – по ночам-то особенно. И прибить могут, да. Так что вы, детоньки, не шастайте тут. Туточки нигде не надо… – Она замолчала на полуслове, а потом вдруг как рявкнула: – Шастать не надо! – А мы и не шастаем! – выпалила Настя дрожащим голосом. Маришка кинула на неё быстрый взгляд, пытаясь удостовериться, что та не ударилась в слёзы. Но глаза подруги были сухи. Только вот кожа приобрела меловой оттенок. – Вот и славно. Побойтесь неупокоенных мучеников. Запомните: все мы для них такие же гости… Незваные. «Нужно убраться отсюда сейчас же!» – осознание пролилось на Маришку ушатом ледяной воды. Пальцы Ковальчик были холодными и мокрыми. Сердце стучало где-то почти в самой глотке. Губы дрожали, и она со всей силы вцепилась в них зубами. «Сейчас же!» – А в-вы… вы г'азве по пг'авде считаете… – костяшки Настиных пальцев, судорожно сжимающие подол платья, посерели. – Ч-что они существуют? Ну… если взапг'авду. Вы… вы их видели? – Э-э-эка, девонька. – Анфиса выпустила Маришкину ногу и медленно повернула голову к говорившей. – Какие мерзости молвишь. Мерзости, будто неверная… – Я не… Нет! – Настасья пыталась говорить твёрдо, но голос то и дело подводил её. – Я вег'ую. Во Всевышних и Единого, но… – Плохо, значится, веруешь! Счастье твоё, что малая ишшо, в иной раз за такие речи и петлю можно примерить! – Чт… нет. Нет, – Настя явно храбрилась. – В наше вг'емя… В наше вг'емя за такое уж точно… не казнят. – В наше время, – скрипуче передразнила Анфиса. – Времена, девонька, они как ветер. Меняются. Настя замолкла. Маришка также не находила, что сказать. Служанка одарила их беглым взглядом хитрых маленьких глазок и произнесла: – Не верить в неупокоённые души всё одно, что и во Всевышних не верить. И в Единого над ними Бога. Одного без другого и не бывает. |