Онлайн книга «Маскарад Мормо»
|
Призрачная и такая желанная картина с бездыханным телом доцента, распластанным на земле, перестала стоять перед внутренним взором. И только тогда боль отступила. Солнцева сморгнула мутную пелену. И снова увидела бесстрастное лицо Диля. – Я М-м-мо-мормо? – Она рассмеялась, отрывисто и не искренне. – Вы с ума со-сошли? Он снова обнажил зубы, тряхнув головой, отчего кручёная прядь, выбившаяся из гладкой причёски, упала на лоб. Ей захотелось полоснуть его по горлу клинком. Оставить лежать с кровавой «m» на лбу прямо посреди университетского двора. Новый приступ боли едва её не ослепил. – Почему вы продолжаете спорить? – спросил Диль с наигранным сожалением в голосе. – Какой в этом смысл? – По-потому что вы ошибаетесь! – рявкнула она, инстинктивно прижимая ладонь к груди. «Какого чёрта?!» А доцент вздохнул притворно устало и мягко проговорил: – Я никогда не ошибаюсь, Елена. – И к-к-какие же у вас до-доказательства? Она знала – их не было. Прямых. Их не могло быть. Всё это –лишь его догадки, которых, конечно, было достаточно, чтобы попытаться ей навредить. Вот только доцент не пытался. Пока. Солнцева злобно уставилась на него, проморгавшись. Мерзкая жуткая кукла – не человек. Ненормально спокойный и с приклеенной улыбкой, которая не затрагивала тёмных глаз, блестящих, как эмалированные пуговицы. Он выглядел так, будто спрашивал о домашнем задании, а не обвинял в ритуальных убийствах. – Это становится утомительным, – пожаловался Диль и вдруг сдвинулся с места. Он направился к ней – мягким и крадущимся шагом. И Елена в секундном оцепенении просто наблюдала за его приближением. Пока он снова не заговорил: – В вашем сопротивлении нет необходимости, – промурлыкал он на ходу. – Госпожа Солнцева. И это стало последней каплей. Елена вогнала иглу в основание ладони, зажав ушко между указательным и средним пальцем. Мимолётный укол – болезненный и привычный – заставил содрогнуться всё тело. Лёгкое онемение волшбы поползло вверх по руке – от запястья и до ключицы. В ушах зазвенел призрачный бой колоколов, воздух, просачивающийся в носоглотку, стал жгучим, будто пары кислоты над пробиркой. Но ей было всё равно. Ярость и ужас затуманили голову, заставили притупиться все прочие чувства. Диль приближался – уже куда стремительнее. И улыбался. А глаза были совершенно стеклянными. Елена машинально отступила на шаг и зажмурилась, воскрешая в памяти слова заговора. Они вертелись, готовые вот-вот сорваться, у неё на языке. Но стоило ей открыть рот… Тело пронзила боль. – В чём дело? – Голос Диля прозвучал слишком близко. И вместе с тем так далеко. – Еле-ена-а. Она успела краем глаза заметить, как Овсянка метнулась под ноги доцента. Смогла различить грязно-бежевое пятно, которым обернулась убогая кошка, подпрыгнув на месте – резко и ненормально высоко. А потом Лену согнуло пополам. Мир перед глазами окрасился багрянцем. Она не могла дышать. Не могла ничего видеть, кроме сплошной кровавой бездны. Она не могла двигаться. – Еле-е-ена? – насмешливо звал доцент. А затем и слышать что-либо она тоже перестала. Вокруг не было ничего. И её самой тоже не было. Только боль. И боль. И боль… …Сверху растёт дом-дом, Знаю я, кто в нём-нём! Хор голосов, просачивающийся сквозь туман в голове, звучал знакомо и чуждо одновременно. Перед глазами стояла бордовая пелена, и потребовалось несколько мгновений, чтобы различить на ней золотистую вышивку криптского алфавита. «Живете-зело-земля-иже…» |