Онлайн книга «Лживая весна»
|
Я повторил схему, но в этот раз так чисто сработать не вышло… Она была ниже меня, я этого не учел, поэтому первый удар получился скользящим. Она оперлась о стену рукой, но не упала, и, самое главное, заблокировала собой открытую дверь. Я втащил ее внутрь, повалил на пол и начал бить… Вольфганг умолк и ушел в себя. Впервые за все время разговора возникла длинная пауза. «Если мы ждали удачный момент, чтобы напасть, то это определенно он». Вюнш дернулся к пистолету, на долю секунды опередив Майера, однако реакция Габриеля оказалась еще лучше. Walther мгновенно скользнул ему в руку и уставился прямо в лоб Хольгера. Вюнш успел остановить себя и медленно вернулся на место. Франц сделал то же самое. – Я же говорил, что даже если вы сможете арестовать меня, я буду отрицать все, что сейчас вам рассказываю. Единственный шанс для вас получить меня – это вести себя разумно и больше не нарываться на пули. Еще одна такая выходка – и я выстрелю. Давайте сделаем вид, что этого досадного эксцесса не было, и вернемся в тот сарай. Хольгеру очень не хотелось возвращаться в тот сарай, особенно в компании Вольфганга, но выбора не было. – Я поднял взгляд от тела Цицилии и увидел Викторию, которую держала за руку девочка лет семи. За каким чертом она потащила в сарай девочку, та ведь уже была одета в сорочку и готовилась ко сну?! Вюнш не смог удержаться: – За вами. Вольфганг посмотрел на него непонимающе, а после – широко улыбнулся впервые за весь разговор. – Метко отметили, оберкомиссар Вюнш. Очень метко… Самое обидное, что Виктория так до конца жизни и не отреклась от своего проклятого отца.Она бросилась к нему, а поняв, что он мертв, посмотрела на меня таким взглядом, что новый план сложился в моей голове мгновенно, и тело принялось его исполнять. Помехой было то, что шестопер застрял в голове Цицилии. Я дернул его раз, другой, но он не поддался. До того, как Виктория и ее дочь поднимут крик, были доли секунды, поэтому я вытащил нож и бросился на них. Сначала я ударил девочку – ткнул ей в лицо гардой. Она сильно выступает… – …Вперед, поэтому ее легко использовать в качестве кастета. – Вы и про нож знаете… После этого я откинул девочку подальше и, опрокинув Викторию, начал ее душить. У нее всегда были очень красивые зеленые глаза, я смотрел в них и не видел страха, скорее умиротворение. Она совсем не сопротивлялась. Может быть потому, что привыкла, что ее берут силой, а может – была согласна умереть. Она перестала шевелиться, но я не был уверен, что убил ее. Я повернулся к девочке. Она все звала Викторию. Из раны на ее лице текла кровь. Я всмотрелся в нее, и моя рука дрогнула – она была копией моего несчастного брата. Глаза, подбородок, нос, скулы – все это было от него. Бедная девочка, если бы она была не так сильно похожа на Карла, я смог бы одним ударом прервать ее жизнь, но руки не слушались меня, когда я резал ее шею. Она больше никого не звала, только хрипела и неотрывно смотрела на Викторию. Я выдернул шестопер из черепа Цицилии и ударил девочку по голове несколько раз. Кажется, я зачем-то сломал ей нижнюю челюсть, но не уверен. Несмотря на все раны, душа все еще отказывалась покидать ее маленькое тело. Мне показалось, что Виктория пошевелилась, и я ударил ее по голове, и еще раз, и еще… |