Онлайн книга «Смерть в салоне восковых фигур»
|
– А зелёная? – Это эстрагон такой цвет даёт. Вам какой плеснуть? – Да вы уж меня извините, Никифор Никифорович, спасибо вам за внимание, однако мне употреблять алкоголь категорически не рекомендуется… – Кем? – подбоченясь, строго спросил Бабенко. – Да врачами, будь они трижды прокляты! – выругался Кочкин. – Так ведь их здесь нет, врачей! Можно, наверное, по маленькой. От наших наливок вреда никакого, только польза. А если пить много, то и польза большая. Тут к нам приезжал один, весь больной. Вот за что ни возьмись, всё у него болит: колени болят, пятки на ногах болят, голова болит, о животе я уже и не говорю, он у него крутит, на ушах какие-то волдыри, пальцы не сгибаются… А выпил наших настоек и точно помолодел. Всё как рукой сняло! Мы и вашу болезнь в два счета изгоним, вы только половинку лафитного стаканчика примите – и всё! Однако, как ни настаивал и ни убеждал исправник, Кочкин не поддался. Всё на доктора ссылался, мол, строгий. – Я, видите ли, человек хоть и невысокого ранга, но дисциплинированный. Мне, если кто, к примеру начальство, что запретит, всё – шабаш, никогда этого делать не буду! – Хорошее качество! – разочарованно кивнул исправник. В голове его тут забегали мысли. Если прибывший из губернии чиновник отказывается пить, это говорит о двух вещах: или он действительно болен, или не пьёт, потому что хочет отыскать какую-то каверзу, а тут трезвая голова нужна. – Тогда хоть закусите! Хотя какая в том радость – мясо есть, когда выпить ничего нельзя! А может быть, вам и есть врачи запретили? – Нет! – отрицательно мотнул головой Кочкин. Он проголодался, да и пахнущее бессарабской айвой свиное мясо хотелось попробовать. – Есть мне врачи не запретили, – наверное, чтобы хоть какая-то радость в жизни осталась! – улыбнулся чиновник особых поручений. – А вот по комплекции вашей можно сказать, что и едите вы не так чтобы много! – заметил Никифор Никифорович. – Да нет, вот тут вы как раз и не правы! Ем я много, а что тощ, так это природа такая – не обрастаю жиром… – Мне бы вашу природу! – похлопал себя по вместительному животу исправник. – Ну да что мы всё болтаем, не пора ли и за дело взяться – попробовать, что бог послал. Во время обеда исправник, наблюдая за тем, как исчезают во рту губернского чиновника свиные котлеты, только диву давался. Так есть и не поправляться, это по всему – дар божий… – А как насчёт хорошей трубки? – спросил исправник Кочкина, когда они, урча животами, сидели на открытой веранде. – Вы не поверите, но не курю! – лениво отозвался Меркурий Фролыч. – Тоже врачи? – На этот раз не угадали, это мне начальник запретил. Сам не курит, потому его табачный дым раздражает, и всех курильщиков выгнал из полиции… – Да неужели? – тяжело повернулся к Меркурию исправник, а про себя подумал, что странные у них там, в губернской полиции, дела происходят. – Точно! И хоть нехорошо начальство обсуждать, но я вам, Никифор Никифорович, скажу, потому что вижу, человек вы надёжный. Так вот, поставил всех нас во дворе и сказал: «Или бросаете курить, или вон из полиции!» Некоторые, конечно, соврали, что курить бросили, а сами втихаря… Ну, да вы понимаете… Так он их всех разоблачил и выгнал. А я решил по-настоящему бросить, подумал, ведь предки наши как-то жили без этого и не умерли. Вот бросил и, должен сказать – спасибо начальнику, кашлять перестал… |