Онлайн книга «След механической обезьяны»
|
Итак, Самсонов против Новоароновского! Кто же говорит правду? Русский механик из «Детских радостей», конечно, лицо заинтересованное, он мог встретиться с Протасовым. Фабрикант, следуя привычке, катил впереди себя золотую монету, Самсонов не смог устоять и согласился заменить пружины. Все очевидно! Но что-то смущало фон Шпинне, что-то бередило душу. Может быть, просто не нравился ему хитромордый приказчик? А Самсонов, напротив, был симпатичен. В десятый, а то и двадцатый раз перебрав в голове все «за» и все «против», Фома Фомич призвал к себе чиновника особых поручений Кочкина. – Слушаю вас, господин полковник! – бодро отчеканил Меркурий, входя в кабинет начальника сыскной. – Почему так официально? – вопросительно уставился на вошедшего фон Шпинне. – Ты что же это, хочешь меня о чем-то просить? Ну, признавайся, – глаза Фомы Фомича блеснули. – У меня нет никаких просьб, – ответил, садясь на диван, Кочкин. – А как же «господин полковник»? – Это для разнообразия. Сейчас перед дверью вашего кабинета остановился и подумал: вы ведь полковник, а я очень редко к вам так обращаюсь. Вот решил исправиться… – Спасибо! Однако лучше, если ты будешь обращаться ко мне по имени-отчеству. Другое дело, если ты забыл, как меня зовут… В глазах Меркурия промелькнуло удивление. Начальник сыскной, внимательно следя за своим подчиненным, заметил это. – Ты действительно забыл мое имя? – Он встал из-за стола и, скрипя штиблетами, прошелся по кабинету. – Да не смущайся, это бывает, – продолжил тихим, понимающим голосом, – я тоже порой забываю. Один раз забыл, как зовут императора… – Не может быть! – воскликнул Кочкин, он знал за своим начальником такой грешок – наговаривать на себя, потому и сомневался в его словах. – Может! Это называется кратковременной потерей памяти. Как у тебя сейчас. Зашел в кабинет, смотришь на меня, а имени не помнишь. Вот не помнишь, и все тут! – От вас не спрячешься, все видите! – Если бы это было правдой! – Глаза начальника сыскной мечтательно сощурились. – Но это далеко не так, потому и приходится нам с тобой ломать головы над чем-то простым и очевидным, не замечая ответа, который лежит на самом видном месте и только того и ждет, чтобы его увидели. Так порой и с именами, крутится на языке, а вспомнить не можешь… Ну да ладно, – начальник сыскной махнул рукой и снова сел на свое место, – я ведь тебя не для этого позвал. Была у меня сегодня беседа с Новоароновским, который ездил с Протасовым в Европу… Не вдаваясь в подробности, фон Шпинне передал свою беседу с приказчиком Кочкину. Тот слушал внимательно и серьезно, однако один раз позволил себе улыбнуться. Когда Фома Фомич закончил рассказ, то спросил помощника, чему тот улыбался. – Ну, как чему – духу в гостиничном номере! – Ты думаешь, это смешно? – Конечно. Я больше чем уверен – никакого духа нет и никогда не было. Да и хозяин гостиницы будет сильно удивлен, если ему это рассказать. – Считаешь, официант все выдумал? – Начальник сыскной почесал нос. – А кто же еще? – Новоароновский, например! – Как же ключ от номера, его продажа за пятьсот марок? – А если ничего этого не было? Если приказчик все выдумал. Не было официанта, не было застолья, не было покупки ключа. – Тогда я не могу понять одного… |