Онлайн книга «След механической обезьяны»
|
– Нет, ничего такого она мне не говорила! – Но вы ведь все равно ее подозреваете? – А больше некого. Все беды у нас от нее. Может, и отец погиб по ее вине, кто же это знает… – Поясните. Вы знаете что-то такое, чего не знаю я? – Нет, – мотнул головой Протасов, – я ничего не знаю, просто мне кажется, что Руфина руку к смерти отца приложила… – Вы же еще недавно утверждали, будто его убила обезьяна. Передумали? – Нет, я и сейчас так считаю. Только ведь она не могла сама до этого додуматься, кто-то игрушку направлял. А почему не Руфина? Странные вещи говорил Никита. Это еще раз убеждало начальника сыскной в том, что второй сын Протасова обладал изощренным умом. Ведь не говорит прямо – Руфина виновата, а только лишь предполагает. – Вы считаете, приживалка заводила обезьяну? – Нет, тут речь не о том, кто заводил… – Никита замолчал, его глаза испытующе уставились на фон Шпинне. – А о чем же? – Руфина, это мне точно известно, ворожит… – Ворожит? – Ведьма она. Вот так, если честно сказать, ведь страшна она с виду, а мужики к ней льнут, почему? Вот! А я слыхал, в деревнях есть такие, кто даже умерший скот на ноги поднимают и по двору бегать заставляют. Вот она оживила обезьяну и заставила убить отца… – И дядю Евсея! – добавил начальник сыскной. – Его, – Никита замолчал и, подумав, добавил: – Его, мне так кажется, обезьяна по ошибке задушила… – Да, да, – кивнул фон Шпинне. И, принимая правила игры, сказал: – А вы, Никита, никогда не думали, что, возможно, вашего отца обезьяна тоже убила по ошибке? – А кого же она тогда собиралась убивать? – спросил Никита, скорее всего, у себя, чем у Фомы Фомича. – Вас, например, – начальник сыскной проговорил так, будто речь шла о чем-то малосущественном и давно забытом. – Меня? – Глаза у Никиты широко открылись, похоже, он никогда не думал о такой возможности. – А что в этом невероятного, – взглянул на него полковник, – ведь убила же она дядю Евсея, и я не думаю, что это была ошибка! Вот с вашим отцом она, может быть, и ошиблась. А дядя Евсей – не ошибка, его убили намеренно, скорее всего, он что-то знал… – Да что он мог знать? – воскликнул Никита с уверенностью. – Многое, – не согласился с Протасовым начальник сыскной. – Ведь вы считали его глухим и обо всем болтали в присутствии старика, а он сидел, слушал, да на ус мотал. Потому что хитрым был, правда, в конце концов проговорился, это его и сгубило. – Вы о чем? – настороженно посмотрел на Фому Фомича Никита. – Все что угодно, – пожал плечами начальник сыскной. – При нем могли вестись всякие разговоры, даже секретные. Никто и не думал, что глухой как пень старик слышит! Вот и болтали… – Все равно не понимаю, – мотнул головой Протасов, – что он мог услышать… – Да хотя бы то, что кто-то задумал убийство… – Да кто его мог задумать? – удивился Никита. – А кто убил четверых? – Но это же не мы! – Кто знает… – тихо, но так, чтобы Протасов услышал, проговорил Фома Фомич и полоснул того взглядом. – Еще ничего не ясно, убийцей может быть кто угодно, любой в этом доме, начиная от вас и заканчивая Руфиной Яковлевной… – Но убийца-то все равно кто-то один! – Этого сейчас никто не знает, – начальник сыскной опустил руки, те повисли, как плети. Поводил головой из стороны в сторону, разминая шею. – На сегодня, пожалуй, достаточно, – сказал, глядя на Протасова. – Сейчас вас проводят в комнату, и я бы хотел вас попросить не выходить из нее до особых распоряжений… |