Онлайн книга «Посредник»
|
– Доброго дня вам, святой отец. – Митя сложил руки пирамидкой и слегка поклонился. – И тебе, сын мой Дмитрий. Надо же, запомнил. – Для вас мы все сыновья и дочери, но я здесь все же как сотрудник полиции. Найдется ли у вас время для беседы? – Если богу было угодно послать тебя ко мне с вопросами, значит, в его милости направить меня с ответами. Давно ли ты последний раз был в храме? – Давно, – признался Самарин. – Но я вырос при церкви, мой отец тоже был священником. «Постараться не затевать споров о вере», – напомнил себе Митя. Обращение на «ты» его несколько раздражало. Но собеседник – настоятель. Он и к старику так обратиться способен. Свой язык. Свои правила. А отец Иларион еще и на своей территории. Хочет играть в священника и прихожанина – пусть попробует. – В каком приходе? – В маленьком селе в Ярославской губернии. Отец умер больше десяти лет назад, вы вряд ли слышали о нем. – Теперь я о нем услышал и искренне помолюсь за вечную жизнь на небесах усопшего… – Александра. – …слуги божьего Александра. И за всех безвременно ушедших от нас. Священник склонился перед статуей, шепча молитву, и Мите ничего не оставалось, как сделать то же самое. Пальцы у отца Илариона были узловатые и длинные, и в пирамидку сложились привычным, отточенным жестом. С некоторым изяществом даже. Молодец пастырь. Хороший психолог. Ловко поймал. Теперь у священника есть время обдумать неожиданный визит полиции и то, что следует говорить. А чего – не следует. Если ежедневно выслушиваешь скорбящих, знаешь, где их слабости и как повернуть беседу в нужное русло. Человек в горе вообще, как правило, растерян и беззащитен. Особенно если горе приходит внезапно. Сам таким был. Митя невольно вспомнил себя в четырнадцать лет, когда поздно вечером в их дом без стука вошел настоятель Федор с суровым лицом и сообщил: «Крепись, Митрий. Отец твой только что отошел в мир иной, храни Диос его душу, отмучился. Собирайся на полуночную». И положил руку Дмитрию на макушку. Рука была сухая и твердая, и как будто придавила Митю к земле в тот момент. И это ощущение еще долго было с ним. Как будто сверху навалили тяжелую плиту, которая не дает вдохнуть полной грудью. Хотя, как потом понял Самарин, таков был искренний, хоть и скупой жест ласки и участия со стороны обычно хмурого настоятеля. Невольно погрузившись в воспоминания, сыщик прочел молитву за упокой отца и матери. И завершив ее, снова вернулся мыслями к отцу Илариону. Вот же… манипулятор все-таки. – Благодарю вас, святой отец. Надеюсь, вы упомянули в молитве и вашу родственницу Дарью Васильевну? – Разумеется, упокой Диос ее душу. – Вас сильно опечалило известие о ее смерти? – Печали человек подвержен не от прихода смерти, а от ее внезапности, от того, что предстанет перед Создателем неподготовленным. Диос в милости своей отмерил изрядную жизнь главе нашего семейства… – И он же позволил насильственно забрать ее. – Значит, таков был его замысел. Таково испытание, посланное ей и нам. – Отец Иларион переложил цветы у подножия статуи. – Бог не радуется от погибели живущих, не вымышляет способов к наказанию за согрешения. – Никто не безгрешен, святой отец. Дарья Васильевна была замечательной женщиной, но при всем уважении, вряд ли ее можно было назвать святой. |