Онлайн книга «Посредник»
|
«Хрен вам обоим», – мстительно подумал Дмитрий, отходя от стола. Стенд с образцами он тщательно изучил, сделал пометки в испорченном бланке и, не попрощавшись, покинул здание Совета. * * * Каждый человек хоть раз в жизни выглядит дураком. И ладно бы, когда попадаешь в идиотскую ситуацию ненамеренно. Скажем, лихач-извозчик обольет грязью из лужи или упадешь, поскользнувшись, на потеху публике. Пару минут позора можно пережить. А когда совершаешь глупость по собственной самонадеянности и дураком приходится выглядеть в глазах подчиненных – позор двумя минутами не ограничится. А что делать? Иногда лучше признать поражение. По возвращении Митя с облегчением обнаружил, что в общем кабинете остался один Вишневский. – Лев, тут, в общем… – Самарин сел у стола сотрудника и достал бланки с восьминогом. – У меня совершенно нет времени на эту бумажную белиберду, а ты вроде хотел… Будь на месте Вишневского Семен Горбунов, он бы не удержался от саркастической фразы: «Ну я же говорил!»Или хотя бы от ехидной ухмылки и соответствующего взгляда. Во взгляде Вишневского промелькнуло лишь понимание. И некоторое сочувствие. – Разумеется, – ответил Лев. – Руководитель не должен тратить время на мелочи. Я буду рад заняться этой рутинной… О-о-о… Какой прекрасный экземпляр! Вишневский сильно, но бережно вцепился в бланк и перехватил недоуменный взгляд начальника. – Коллекционирую образцы казенных документов, – пояснил Лев. – А это очень достойный экспонат. Я сделаю себе копию, если не возражаешь. – Хоть триста копий, если это ускорит получение информации. – При общении с бюрократами не действуют принципы разумной логики и здравого смысла. Важно лишь скрупулезное знание пунктов предписаний и законов. Это своего рода азартная игра – какой статут или уложение имеет преимущество в конкретном случае. – Это как… бить козырной шестеркой туза? – Вроде того, – усмехнулся Вишневский. – А у меня в рукаве в придачу пара джокеров. Поверь, им меня не переиграть. – Ты меня очень выручишь. Этот Совет – как бездонная яма. Я вон лучше к поверенному съезжу, с родственниками Зубатовой поговорю. – А они, кстати, уже нанесли визит. – Кто? Когда? – Семейная пара. Крайне экспрессивные господа. Грозились подать в суд за задержку в выдаче тела их безвременно почившей родственницы. Дожидаться тебя не стали, обещали вернуться. – Пусть возвращаются, с интересом их выслушаю. Я к стряпчему наведаюсь. Надеюсь, он не из той же канцелярской породы, что эти чернильные дармоеды. * * * «Кирилл Акимович Утешев, действительный поверенный в имущественных и юридических делах»– гласила бронзовая табличка под старину на двери кабинета. Утешев занимал несколько помещений на первом этаже доходного дома на Тверской. Удобное место, престижное. Дорогая аренда. Возле двери в кабинет висела большая картина, которую Митя в ожидании успел разглядеть. Полотно, пожалуй, лучше смотрелось бы в приемной адвоката, поскольку живописало заседание суда. Точнее, участников этого самого заседания сразу после оглашения резолюции. Оправданная героиня, прижимая к себе зареванное дитя, изображала безмерное счастье, рядом суетились родные – с озабоченными и одновременно счастливыми лицами. Адвокат – седовласый и сухопарый, с обширными залысинами над висками – тихо улыбался, прижимая к груди руку и принимая благодарность. |