Онлайн книга «Визионер»
|
– Он творец. Этим всё сказано. Фух. Ну хоть что-то наконец выдала. – Знаете, мало кто помнит, но пятнадцать лет назад я уже блистала на показах, а он был начинающим неизвестным модельером. Это я привела его в мир высокой моды, стала его вдохновением. – Примите моё искреннее восхищение. Без вашей протекции он бы вряд ли смог добиться такого успеха. Мне кажется, месье – человек порывистый, эмоциональный и не очень разборчивый в знакомствах. – Не без того, – вздохнула Натали. – Он так печётся о своей коллекции, но порой бывает безгранично доверчив к совершенно незнакомым людям. Эта бесконечная череда секретарей… Вы не представляете, как это утомляет. – Меня это тоже тревожит. Боюсь, ваш супруг связался с не очень честными людьми, и происшествие с короной может отразиться на его репутации. А значит, не ровён час, и на вашей. Тонкие брови нервно дёрнулись. Насторожилась. – И что я могу сделать? – Помочь месье Жюлю. Вы знаете, с кем он общается. Может быть, заметили каких-то подозрительных людей в последнее время? Натали задумалась. Поменяла положение ног, продемонстрировав не менее идеальный изгиб левого бедра. Размышляет. Внутренне приценивается. Знакомства мужа ей явно не нравятся. Воспользуется шансом избавиться от неугодных ей персонажей? – Сейчас у него нет помощника. Но несколько месяцев назад он начал общаться с каким-то студентом. Иногда днём, иногда вечерами куда-то уезжают или приезжают. Не знаю, что у них за дела. Слышала лишь, что они обсуждают картины. Этот студент, видимо, художник. – Как он выглядит? – Худой, растрёпанный такой, нервный. Неприятный человек. Жюль называл его Анисим. – Он был в вашем доме в ту ночь, о которой я спрашивал? Пауза. Торгуется. Сдать или не сдать? Что меньше навредит? – Да. Он что-то привёз в большом ящике. * * * Студент Самокрасов занимал комнату на мансардном этаже общежития для художников в Богословском переулке, так называемой «Ляпинке». Неплохо устроился – живёт один, остальные-то по трое-четверо в одной комнатушке ютятся. – Что вам нужно? Анисим открыл дверь и опешил. Да, представительная делегация пожаловала с утра – сыщик Самарин, Горбунов и два крупных урядника. – У нас ордер на обыск. – Дмитрий помахал бумагой. – По какому праву? За что? – Студент не скрывал раздражения. Митя, не обращая на него внимания, прошагал внутрь комнаты. Какой творческий беспорядок, а говоря по-простому – бардак. Узкая кровать со смятым бельём. На столе рисунки вперемешку с остатками вчерашней трапезы. Холсты и подрамники свалены кучей. У мансардного окошка – мольберт, наскоро завешанный тряпкой. Запах краски. Самарин мельком взглянул на руки Анисима – тоже в краске. Потом подошёл к мольберту и, невзирая на протестующие вопли, резким движением сдёрнул ткань. Повернулся к студенту: – Не изволите объясниться, Самокрасов? – В чём объясниться? Я не понимаю. – Почему вы рисуете следующую жертву? – Какую жертву? О чём вы? – Не прикидывайтесь идиотом, всё вы понимаете, – сыщик достал наручники. – Анисим Самокрасов, вы задержаны по подозрению в убийстве четырёх человек. * * * «Помариновать бы его в арестантской подольше. Может, и язык бы развязался», – размышлял Митя, разглядывая хмурого студента, сидящего напротив. Тот, будучи во время задержания буен и горяч, теперь сделался угрюм и неразговорчив. Неприветливое лицо Анисима украшал синяк на левом глазу. Неразумно сопротивляться аресту. Сам виноват. |