Книга Визионер, страница 258 – Женя Гравис

– Как отреагировал сеньор Гравиано?

– Ожидаемо. Он, мягко говоря, был расстроен. Я пытался найти замену Анисиму, но пока безуспешно. Джузеппе предупредил, что я, выражаясь их языком, «на бегущих процентах». А теперь ещё и вы…

– Хотел бы посочувствовать, да не получается. Вы сами вырыли себе могилу. Последний вопрос: жена была в курсе ваших махинаций?

– Натали? Нет, что вы. Она, конечно, неглупая женщина и могла о чём-то догадаться, но я никогда её не посвящал в эти дела.

– Что ж, вы в полной мере удовлетворили моё любопытство. И теперь…

Митя полез за пазуху, и Франк подобрался, обхватив колени руками. Сыщик усмехнулся и достал свёрнутую в трубку пачку бумаги, перо и чернильницу-непроливайку. Встал со стула, положил всё на сиденье и пододвинул к модельеру.

– Пишите, Евгений Андреевич.

– Что писать?

– Всё, что вы только что рассказали. Пишите с красной строки: «Чистосердечное признание…» Если то, что я знаю об итальянских мафиози, правда, то российская тюрьма для вас – самое безопасное место.

Через двадцать минут Митя забрал исписанные листы, завязал Франку глаза платком и сгрузил обратно в ожидающий экипаж. Команда «похитителей» отошла на несколько метров от кареты.

– Получилось? – шёпотом спросил Горбунов.

– Не то, что хотелось, но лучше, чем ожидалось.

– Митя, а этот «Гнев Истины» – такое действенное средство! Почему мы его постоянно не используем? – с восторгом спросил Мишка.

Сыщик не удержался и слегка щёлкнул сотрудника по носу:

– Эх, Мишка, взрослый уже, а в легенды веришь. Ну ничего, подрастёшь, заведёшь друга-патологоанатома и узнаешь, как действует адреналин… Поехали отсюда.

Залезая в экипаж, Митя бросил взгляд на тёмный провал входа в пустой дом.

«Слабак», – шепнула тьма. В голосе её слышалось нескрываемое презрение. И Митя в этот раз даже был с ней согласен, но совсем по другой причине.

– Здравствуйте, Александр Ильич. А я к вам с подарком. – Митя зашёл в кабинет капитана Суровейко и положил на стол пачку листов.

– Что тут у нас? – Начальник отдела по борьбе с мошенничествами прочитал первые строки, и брови его удивлённо полезли вверх. – Ну надо же! Франк? Неужели всё рассказал?

– Почти слово в слово, как в показаниях Самокрасова. А также назвал имя заказчика и другие подробности. Там и вправду крупная международная афера.

– И где нынче автор сего эпистолярного шедевра?

– Сидит в арестантской.

– Не передумает?

– Вряд ли. Кажется, я уколол его в самое больное место.

– Удружил, Митя, – удовлетворённо отметил Суровейко. – Надо ли мне знать, как ты этого добился?

– Пожалуй, не стоит.

– Спасибо. Буду должен.

– Как раз об этом. Там в рамках дела о фальшивках есть сопутствующий эпизод с похищением одной барышни. Хорошо бы и за него по всей строгости. Свидетелей я отыщу.

– Понял, получит по полной. И спасибо ещё раз.

Через несколько часов Митя подкараулил Соню возле Университета, когда она выходила с занятий. И, провожая домой, рассказал по пути о мошеннических приключениях месье Франка. Разумеется, без подробностей о том, как это признание было добыто.

– Какая невероятная история. – Соня выслушала рассказ до конца и покачала головой. – Но, знаешь, звучит очень правдоподобно. Я вспоминаю сейчас их подслушанный разговор. Они ведь ни разу не сказали про чьё-то убийство. Франк говорил лишь, что найдёт подходящую модель – видимо, натурщицу для портрета, и что новая работа нужна к первому числу. В тот момент это звучало двусмысленно. А теперь стало понятно. Ты ему веришь?