Книга Сердце шторма, страница 91 – Рая Арран, Виктор Фламмер (Дашкевич)

— Несогласованное появление Александра переполошит все полицейские участки, Управление, а также военные ведомства, — тут же отрапортовал Владимир. — Согласованное, впрочем, тоже.

Тогда Александр спокойно достал из кармана маленькую серебряную коробочку и показал присутствующим лежащий в ней перстень.

— Этот амулет блокировки силы сделан специально для меня нашей дорогой Екатериной Френкель и ее помощниками. Никто. Меня. Не заметит. Даже вы, — он надел перстень.

— Знаешь, мне кажется, этим ты их еще больше напугал, — заметил Кузя.

— Я тоже против… несколько дней в шубе нараспашку и без шапки, и вы точно заболеете, ваше величество, — нахмурилась Анастасия.

И все же гости остались в поместье еще на несколько дней.

Как-то само собой получилось, что почти все это время Софья провела в обществе Александра. Они гуляли среди заснеженного сада, катались на коньках по замерзшему озеру и сидели у камина, рассказывая истории. Хотя Софья, конечно, больше слушала. про Японию и древние времена. Про Россию и своих предшественников. Про Александра Колчака и его попытки сделать из своего дива смелого полярника. Было забавно слышать эти истории от названного его «внука». Тогда-то Софья и подумала, что это, наверное, определенное доверие: показать в простоте свое лицо. В «свет» Александр выходил исключительно в облике Алконоста и, даже находясь в приватной обстановке, мгновенно изменялся, если чувствовал приближение чужака.

Иногда к посиделкам присоединялся Алеша, задавал Александру вопросы и очень внимательно слушал ответы. Юный барон начинал интересоваться политикой, что было сразу взято на вооружение и Александром, и Педру, и, чего греха таить, Софьей. Хотя было в этой показательной мальчишеской заинтересованности что-то обреченно-печальное и тревожное.

После одной из бесед Алеша долго стоял у окна и смотрел на падающие снежные хлопья, пока рядом молчаливой статуей не возник Александр. Со стороны это выглядело странно, и Софья хотела уже окликнуть их, как император положил руку на плечо мальчика. В библиотечной тишине шел важный разговор, который Софья не могла подслушать, и все же она тихо вышла из комнаты, чтобы не мешать.

Сама императрица тоже с удовольствием слушала «уроки» Александра. Особенно когда ими начинала интересоваться Анастасия. Вдвоем эти дивы могли заметить целый политический совет.

В третий вечер импровизированного отпуска Александр нашел в библиотеке несколько старых книг о Японии и, пригласив Софью изучить материалы, разложил описываемые политические ситуации с совершенно неожиданной точки зрения, просто и изящно рассказал, как, имея общее представление о человеческом поведении, перевернуть ситуацию в свою пользу.

— Потрясающе, я определенно возьму это на заметку, — восхитилась императрица.

— И поступите очень правильно, — Александр закрыл книгу.

— Это ведь ценные уроки. Почему вы помогаете мне, ваше величество?

Див опустил подбородок на сплетенные пальцы.

— Вы мне нравитесь, Софья Андреевна, и судьба России мне не безразлична.

Софья нахмурилась. Что-то насторожило ее в этой фразе.

— Я сказал что-то не то? — тут же среагировал Александр.

— Нет… просто… звучит, конечно, приятно, но разве это не значит, что как только я перестану вам нравиться, вы начнете представлять опасность так же рьяно, как сейчас проявляете дружелюбие?