Книга Сердце шторма, страница 347 – Рая Арран, Виктор Фламмер (Дашкевич)

Педру вздохнул:

— Просто позовите его, или не отзываться на прямой приказ — это еще одна особенность вашего фамильяра?

— Не понял.

— Я много работал с самыми разными дивами и кое-что в них понимаю. У вашего фамильяра есть особенность. У него не самый высокий уровень, чуть выше шестого, но он идеально контролирует силу, настолько, что его личины совершенно не ощущаются колдунами, — Педру изобразил на лице искреннее восхищение. — Весьма ценное умение для шпиона. Отличный потенциал, но непростительная безграмотность. Такого дива можно внедрить к людям, но не к другим дивам. Чтобы его не распознал сородич, стоит добавить к образу амулет блокировки. Вроде этого. — Педру поднял руку и крутанул запястьем, демонстрируя розарий. — Хотите рассмотреть поближе, князь?

Педру снял с руки амулет. Михаил Сергеевич повернулся к Вере:

— Вы знаете, что вламываться в чужой дом с помощью дива незаконно?! Захотели на каторгу? Немедленно прикажите ему убраться отсюда.

— Я бы с радостью, — Вера посмотрела на Педру и лишь пожала плечами, — только это ведь не мой див…

Сила полыхнула так, что стекла в окнах и шкафах треснули. Вера ощутила удар по сети резонанса и вскочила с кресла, услышала крик, но не увидела ни одного движения.

Ментор уже стоял около дальней двери, ведущей в глубь особняка, и держал в руке перепуганного зверя с подпаленной шерстью. От Михаила Сергеевича остались только упавшие на пол костюм и трость. Вера зажала рот рукой, с ужасом осознавая произошедшее, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие и не удариться в истерику.

— Надо же… кролик… — усмехнулся Педру, за уши поднимая фамильяра на уровень лица, — это даже не романтично, будь ты хотя бы котом, может, я бы еще рассуждал об уместности улыбок, но это…

Кролик зашипел. Педру переместился к кучке брошенной одежды.

— Прими человеческий вид и оденься. Без глупостей.

Див послушался, но, видимо, только потому что кроликом проигрывал в размере.

— Убирайтесь из моего дома! — проорал Николай и выпустил клыки и когти.

Он дрожал, втягивал голову в плечи, но скалился и не отводил взгляд. Чужаки были в доме, и приоритет требовал защищать свое, даже оказавшись в ловушке. Вера запоздало подняла щит, чем очень некстати напомнила о себе. Николай выбрал более слабого противника, и снова девушка различила лишь брошенный в ее сторону взгляд, а в следующий миг дивы оказались ближе на несколько шагов. Педру держал фамильяра за ворот хозяйской рубашки. Нет, не за ворот… за почти вырванную ключичную кость… Кровь тяжелыми крупными каплями падала на ковер, стекая с руки ментора, и быстро расползалась пятнами по ткани. Вера прикусила губу, заставляя себя дышать ровно и помалкивать.

— Только тронь, защищать будет нечего, — предупредил ментор, глаза его засветились темно-лиловым пламенем.

— Что тебе нужно?! Кто ты такой, чтобы вламываться и наводить свои порядки?!

— А ты присмотрись. — Педру подтянул фамильяра к себе. — И поройся в памяти хозяина. Ты быстро найдешь там мое лицо. Я даже подскажу,где именно.

В свободной руке бештаферы появился злосчастный лист. Николай вздрогнул.

— Ты главный ментор Коимбры…

— Верно. А знаешь, что это значит?

Фамильяр зарычал.

— Неправильный ответ! — Педру швырнул раненого дива в кресло. В отличие от Николая, ментор не скалился и никак не проявлял своей ярости, но его спокойный совершенно человеческий вид в сочетании с давящей силой и испачканной в крови рукой наводил куда больший ужас, чем открытая агрессия фамильяра. — Это значит, что ты сейчас, глядя в глаза колдунье, расскажешь все, что здесь произошло. Или меньше чем через десять минут станешь демоном. Ах, нет, не станешь. Ведь тебя уже не будет на этом свете. Выбирай, как я получу информацию, быстро или медленно, что позволит твоей хозяйке пожить еще один лишний часок.