Онлайн книга «Сердце шторма»
|
Педру подошел к столу, но не сел, а лишь облокотился на спинку одного из стульев. И вздохнул. — Причины пока неясны. Все выявленные отличия вызывают вопросы, — уклончиво начал он. — Это еще раз подтверждает необходимость изучать вопрос во времени. — Я не тороплю. Но хочу видеть результат, хотя бы промежуточный. И понимать, куда ты движешься. Александр, по достоинству оценивший основные блюда, принялся за десерт. Паштель-де-ната с поразительной быстротой исчезали с огромного подноса. — Связь усиливается, и вместе с этим ширится радиус захвата восприятия. Причем не одинаково. Раньше Вера могла чувствовать меня только в пределах города, теперь может настроиться, даже если я буду в Назаре или Порту-Санту, то есть за широкой полосой океанской воды. Но это ее предел. Я же не ощущаю ограничений вовсе. Теперь при желании могу почувствовать ее состояние, даже когда она в России. — Интересно. Жажда тоже усиливается? — Не до помутнения разума. Оттяжка на основного хозяина создает хорошее подспорье. Думаю, в этом вопросе наши с Анастасией ответы совпадут: инстинкт просыпается, но легко поддается контролю, как если бы фамильяр чуял кровь кого-то из членов семьи. Хотя я не отрицаю, что в моем случае может играть роль и особенность силы девочки. Серебро есть серебро. Зачастую ее кровь не доставляет мне особенного беспокойства. Педру прокрутил в голове последние несколько месяцев. И понял, что выбрал самую удачную формулировку. Сожрать Веру просто потому, что она поранилась на тренировке, ему никогда не хотелось. Но желания, пробуждающиеся от погружения в ее силу, от прикосновений к пропитанной резонансом коже или при попытках колдуньивести… Все существо Педру кричало, что о подобном небеспокойствестоит умолчать. — Я правильно понял, — снова влез в разговор Стратег, почесал когтем подбородок и указал на Педру. — Он связан с Авериной? С этой… графской дочкой, что крутится около коридора? — Да, ты правильно понял, — подтвердил Александр. — О! О-о… она хорошенькая, — див растянул губы в оскале, даже отдаленно не похожем на улыбку, и облизнулся. Педру убрал руки за спину и сжал кулаки:если дикарь из Пустоши позволяет себе откровенное хамство, то ментору показывать когти совсем не к лицу. — Сильная колдунья, но наивная, доверчивая… — Стратег поцокал языком и посмотрел на Педру прямо и вызывающе. — И, кажется, не очень осторожная. Это была провокация. Откровенная и неприкрытая провокация. Стратег играл свою роль. Единственную и почти естественную для его натуры роль, с которой он отлично справлялся уже почти десять лет, легко отсеивая всех неумелых парламентеров и трусливых, не чистых на руку чиновников, пытающихся завладеть вниманием представителей Пустоши. И только поэтому лохматое недоразумение присутствовало на важных переговорах и светских раутах. Но Педру был опытным политиком и куда более сильным дивом, поэтому просто смерил Стратега по-человечески презрительным и пренебрежительным взглядом, всем видом демонстрируя недовольство манерами, а не словами. — Это не твоя забота, — проговорил он спокойно и повернулся к Александру, но Стратег не отстал. — Да, конечно, — прошипел он из-за плеча Педру. — В общем-то и не твоя. Она ведь не хозяйка тебе, а так, случайный эксперимент… |