Книга Демон из Пустоши, страница 115 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

И раз Булгаков требует срочно приехать, вряд ли дело обычное. Поэтому медлить Аверин не стал. Наскоро попрощавшись с домочадцами, он, рискнув посадить за руль Кузю, направился в Шлиссельбург.

Доехали быстро. У причала уже стоял катер, возле которого дежурил Иннокентий, див князя и главный див Управления.

Увидев Кузю, он на некоторое время задержал на нем взгляд, а его зрачки превратились в узкие щели, но ничем иным он своего удивления не выдал и вопросов задавать не стал.

— Его светлость ожидает вас. — Обращаясь к Аверину, он учтиво поклонился, и за всю дорогу до крепости больше не проронил ни слова.

Князь Булгаков ждал прямо во дворе тюрьмы, и было видно, что он нервно вышагивает по брусчатке уже довольно продолжительное время.

— Это что ж? — ошарашенно воскликнул он, когда Аверин в сопровождении Кузи вошел во двор. — Это же ваш див, Гермес Аркадьевич! — Князь даже приподнял очки, всматриваясь в Кузино лицо. — Да быть того не может!

— Да, Дмитрий Петрович, это именно он, можете не сомневаться.

— Можете даже потрогать, — расплылся в довольной улыбке Кузя.

Трогать Кузю Булгаков, однако, не стал. Но кругом обошел и осмотрел внимательно.

— Хм… разве не отправился он в Пустошь, прихватив с собой нашего императора?

— Так точно, — отрапортовал Кузя, хотя его никто не спрашивал, — но уже вернулся, вот, сами видите.

— Чудны твои дела, Господи, — покачал головой Булгаков и махнул в сторону массивных металлических дверей:

— Идемте. То, что я вам покажу, удивит вас не меньше, чем меня ваш… как тебя зовут, запамятовал, — на этот раз князь обратился к Кузе.

— Кузя?

Див сунулся к воротам, но тут же отпрянул:

— Ух. Я к ним даже прикоснуться не могу!

— Именно, — вздохнул Булгаков, — тут семь ступеней защиты. Только на этих воротах три слоя серебра с вложенными между ними заклятиями. И запираются они… да сами можете посмотреть.

Ворота без шума открылись, и Аверин увидел зубцы, скользнувшие в пазы.

— Впечатляет, — одобрил он.

— Да уж. Не хотелось бы сюда попасть. — Булгаков снова жестом пригласил следовать за ним, и по тому, как кривился и морщился Кузя, Аверин понял, что заклятиями тут пропитан даже воздух.

— Это сигнализация, — пояснил Булгаков, — вся охрана сейчас знает, что мы проходим по двору вместе с дивами.

— Так что случилось? — поинтересовался Аверин. — Ведь не защиту Шлиссельбургской крепости вы меня пригласили посмотреть. Или это такой хитроумный способ заманить меня в камеру? — пошутил он.

— К счастью, нет. Но я вам лучше покажу. Это надо увидеть.

Они подошли к лифту и поднялись на третий этаж. Кузя начал потихоньку шипеть, стараясь держаться подальше от стен, и даже ноги поднимал с выражением кота, идущего по мокрому полу.

Наконец все вошли в коридор, где располагались камеры. По три с каждой стороны. Возле одной из дверей Булгаков остановился, чего-то ожидая.

Из бокового прохода появился колдун. Аверин напряг память и приветливо улыбнулся:

— Добрый день, Артур.

Отчества он не помнил и последний раз видел этого колдуна на выпускном балу своего курса.

— Ох… я бы не назвал его добрым, ваше сиятельство. — Артур вздохнул с такой тоской, что Аверин, оценив его унылый вид и весьма официальное обращение, понял: дело совсем дрянь. Убийство? Побег? Разве это возможно?