Книга Тайны мертвого ректора. Дилогия, страница 269 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

– Гермес Аркадьевич, вы уже произвели арест? Это и есть преступник? – несколько озадаченно проговорил он.

– Эта дама сделала признание, – уклончиво ответил Аверин и добавил: – Прошу сотрудников Управления и Наталью Андреевну Демидову пройти в кабинет господина Меньшова. К сожалению, к завтраку вам придется вернуться позже.

Пока Владимир вел Евгению мимо студенческой столовой, все ученики буквально прилипли к ее окнам. Неужели кто-то уже рассказал об аресте классной дамы? На крыльцо выскочила Татьяна Крамцева. Верхней одежды на ней не было, и, ежась от холодного ветра, девочка бросилась наперерез.

– Евгения Алексеевна! – закричала она.

– Все будет хорошо, – улыбнулась ей в ответ Меньшова и ободряюще кивнула.

Татьяна всхлипнула, резко развернулась и побежала назад. Только хлопнула дверь.

– Мне кто-нибудь объяснит, что происходит? – воскликнула Наталья Андреевна. – Вы же не будете всерьез утверждать, что Женя убила Ивана… Григорьевича? Я лично видела ее на кафедре. И не только я. Как это возможно?

Аверин посмотрел на Евгению Меньшову:

– Я бы тоже хотел узнать подробности. Как вы попали на арену? Да еще и незамеченной? Как потом покинули ее? Как вызвали дива?

– Я могу… немного собраться с мыслями? – не теряя самообладания, спросила Меньшова. – Я все расскажу об этом преступлении, просто мне нужно немного времени.

– Тогда, пожалуй, я начну без вас, – проговорил Аверин. – Итак, почему так трудно было разобраться в хитросплетениях этого дела? – он обвел взглядом присутствующих. – Мы все искали в действиях преступника умысел и логику. А на самом деле теми, кто совершил преступление, управляли исключительно эмоции.

– «Теми»? Значит, преступников несколько? – поинтересовался Лучков.

– Да. И тут начинается самая печальная часть этой истории.

– Подождите! – воскликнула Евгения. – Дайте мне лишь пять минут, и я все расскажу!

– Мы же никуда не торопимся, – неожиданно поддержал дочь Меньшов. – Диана принесет всем напитки и печенье, ваши коллеги перекусят… Знаете, как говорят: сытый следователь добрее голодного.

– Что же… хорошо.

Меньшов однозначно догадался, что задумала дочь. Хотя сперва был весьма удивлен ее признанием.

Диана, получив распоряжения, скрылась за дверью и скоро вернулась с уставленным чашками и снедью подносом.

Кофе Аверин не захотел, отдал свою чашку Владимиру и принялся наблюдать за собравшимися в кабинете.

Меньшов, как и его дочь, оставался непроницаемо спокойным, Лучков и Сакиркин выглядели удивленными, а Наталья Андреевна заметно нервничала. Ни к кофе, ни к печенью она не притронулась и постоянно поглядывала на настенные часы. Минутная стрелка, судя по расстроенному лицу чародейки, ползла намного медленнее ее ожиданий.

– Нет, я так больше не могу! – не выдержав, Наталья Андреевна поднялась на ноги. – Я должна сделать признание.

– Наташа! – Сакиркин схватил ее за руку.

Но Наталья Андреевна вырвалась и прижала руку к груди:

– Я должна все рассказать. Это… неправильно… Могут пострадать невиновные…

Меньшов повернулся и смерил коллегу весьма заинтересованным взглядом. И в этот момент дверь распахнулась и в кабинет, едва не упав, влетел Матвей. Именно влетел, потому что следом появилась Татьяна Крамцева, которая его и втолкнула.

– Расскажи им все! – срывающимся голосом закричала она. – Давай! Трус несчастный!