Книга Рождество в Российской империи, страница 8 – Тимур Суворкин, Лев Брусилов, Александра Лавалье, и др.

Софья, встав с остальными дамами, принялась с улыбкой ждать, кто же ее пригласит.

Желающих, разумеется, оказалось много, но почти все они замешкались, не будучи уверенными, кого из «королев» пригласить. Совершенно очевидно, что Императорскую диву откровенно побаиваются. Анастасия на приемах не скрывала своей природы, и это заставляло нервничать людей, особенно тех, кто не являлся колдуном. Никто не привык видеть дивов в… настолько откровенном облике.

Однако двое мужчин двинулись прямо к «Королевам», не колеблясь ни секунды. «Калиостро» и «Цепеш». И на душе у Софьи потеплело, когда она поняла, что граф Аверин движется именно к ней. Меньшов же, поприветствовав глубоким поклоном Красную королеву, пригласил ее.

– Я очень рад, ваше величество, что мне удалось обогнать всех остальных и получить ваш первый танец на сегодняшнем балу. – Граф поцеловал ей руку, выпрямился и, не выпуская тонкой кисти, затянутой в кружево, из своей руки, повлек императрицу в центр зала. Заиграла музыка.

– Вы узнали меня, граф, или «ваше величество» адресовано Белой королеве? – звонко рассмеялась она. Страх, а вернее нервный мандраж, прошел. Это бал, праздник! Можно просто позволить себе расслабиться и отдаться танцу.

Софья любила и умела танцевать. Да и посещала балы в ранней юности нередко. Но потом, в ските, стало не до танцев и развлечений. Так что по возвращении в «мир» пришлось старательно вспоминать давно забытые навыки. Но колдунья пребывала в хорошей физической форме, и тело ничего не забыло. Поэтому сейчас она скользила над паркетом, ведомая уверенной рукой, и ничуть не смущалась ни того, что большинство взглядов сосредоточено на первой паре, ни казавшегося морозным облаком собственного отражения в зеркалах.

– Конечно же, я вас узнал, – граф улыбнулся, – я же сыщик. Люди отличаются друг от друга не только лицами и фигурой, но и походкой, движениями. Анастасия неплохо подражает вам, обычного человека вы легко сможете обвести вокруг пальца. Но не меня.

– Ах, – рассмеялась Софья, – а я ожидала что-то вроде: «ваши глаза невозможно забыть».

– О, вы знаете, – оживился колдун, до этого выглядевший немного смущенным, – именно глаза фамильяр «копирует» у хозяина прежде всего. И не цвет, нет. А именно разрез, форму века и даже расположение на лице. Когда я искал императорский меч, именно так и вышел на Метельского. Узнал по глазам, если так можно выразиться, «свою родню».

– О, интересно как. Я даже не замечала. И у нас с Анастасией тоже?

Почему-то на миг стало грустно, что в ответ на свою шутку она вместо романтического комплимента получила колдовскую лекцию. Но Софья тут же одернула себя.

Это граф Аверин. Он именно такой и никогда не был и не станет другим. В первую очередь и с большим отрывом от всего остального его интересует работа. Что же, именно это качество и делало этого человека таким хорошим колдуном и достойным наследником своего отца.

– Вы знаете, не совсем. Вы действительно не замечали этого, но только потому, что Императорская дива специально придает внешности нечеловеческие черты. Дивы, особенно сильные, могут так делать. Выпускать когти, демонстрировать звериный оскал, взгляд хищника. Допускаю, что в приватной обстановке она выглядит как обычная женщина, но вы, вероятно, сравниваете ее с собой, когда видите вас вместе в огромных зеркалах, которые чаще встречаются в помещениях вроде этой бальной залы.