Онлайн книга «Яд, порох, дамский пистолет»
|
– Вы, Алексей Фёдорович, сами изволили видеть, что в госпитале у нас порядки строгие. Лекарства заперты, выдаются строго под учёт. У старшей сестры на каморке теперь амбарный замок. И всё благодаря вам! Прежде-то как было, здесь вот, в шкафчике, всё лежало, заходи, бери сколько хочешь. А теперь порядок и строгость! Алексей оглянулся на шкаф, который описывал Дубов. Обычный медицинский шкаф. Пустой. – И всё же не понимаю, при чём здесь я? Дубов поморщился, мол, не торопитесь. Устроился поудобнее, закурил, предвкушая долгий увлекательный рассказ. – Вот вы, Алексей Фёдорович, как к стонущим относитесь? Алексей развёл руками: – Да как… пациенту больно, он стонет, что тут поделаешь… – Вот! А у сестрички сердце разрывается. Ведь раненые стонут, а что она? Компресс сменит, пошепчет, мол, терпи, такова твоя доля солдатская. Он и терпит боль, пока не заживёт. Алексей хотел было снова спросить, при чём же здесь он, но вовремя сдержался. Дубов в третий раз вступление начнёт, так до сути они не скоро доберутся. Владимир Семёнович со вкусом затянулся папиросой. – И вы, Алексей Фёдорович, стонали, как и все. В беспамятстве-то как не стонать. Бедро я вам вычистил, осколки удалил, вон, бегаете, любо-дорого посмотреть. А тогда стонали. Тихо так, будто сон плохой всё время снится. – И? – Признаюсь, не я заметил покражу, старшая сестра. И шум подняла, такой сразу крик, чтоб ей лопнуть! Варвару-то мы быстро нашли, несложно это. Рука у ней лёгкая, больные, кто знает, сами просят, пусть Варя колет, и быстро будет, и без синяков. Смышлёная она девица, а вот ведь тоже дура оказалась! Кому ты, говорю, без ведома моего такое сильное средство колешь? Сгубить его хочешь?![47]Он же без него скоро жить не сможет! Владимир Семёнович вошёл в роль и руками всплеснул: – Она, значит, в слёзы. Мол, стонет он так, что сердце болит. А уколю, притихнет, поспит. И вроде полегче. Ну, дура, что тут говорить! И Дубов расстроенно засопел. Алексей решился уточнить: – Вы хотите сказать, что сестра милосердия колола мне лекарство без назначения? Это возмутительно! Уважаемый доктор, вы в курсе, что этот препарат вызывает спутанность сознания, понос и рвоту, а потом и вовсе превращает человека в безвольное существо? – Тише-тише… Не серчайте, Алексей Фёдорович, не уследили мы. Сдаётся мне, влюбилась она в вас бездыханного, уж не знаю, что нашла. Не красавец вы были тогда, обритый и бледный. Не то что сейчас! Вот сёстры и глазеют на вас как на артиста. А Варюшку мы сами наказали. Уволить не уволили, нехватка рук, вы знаете. Отправили её в ссылку, в прачечную. Белья-то много, одних бинтов не настираешься, сёстры влажными, бывает, перевязки делают. А лекарства все мы заперли, теперь не подберёшься. Дубов затушил папиросу, встал кряхтя, принялся руки мыть, готовясь к вечернему обходу. – Только, Алексей Фёдорович, простите меня, я сразу скажу. На сложные-то операции я Варю вызываю. Спокойнее мне так, привык работать с нею. И бойкая она, соображает быстро. Я только рот открыл, она пинцет протягивает или зажим, словом, то, что нужно. Лицо-то маской закрыто, а глазищи зелёные, умные. Глянет, и будто всё становится хорошо. Пусть ассистирует, прошу, не запрещайте, хоть провинилась она. Я старый человек, привык. А к раненым Варваре ходу нет, здесь уж будьте уверены! |