Книга Яд, порох, дамский пистолет, страница 175 – Александра Лавалье

Туманов схватил бледную руку певицы и прижал к губам.

– Андреа! Что он сделал? Что он сделал со мной?

Алексей постарался опередить ответ Туманова:

– Анна Юрьевна, мы едем в госпиталь для продолжения лечения. Вам непременно станет лучше!

– Убей его, – выдохнула Вельская.

– Непременно, – ответил господин Туманов.

Он вернулся в своё кресло, надел водительские перчатки и завёл мотор автомобиля. Слегка повернув голову в сторону Алексея, светским тоном равнодушно произнёс:

– Вы живы, только пока жива она. Советую не забывать об этом.

– Может быть, мы поедем?

Алексей взглянул назад и поправил манто на вновь впавшей в забытьё Анне Юрьевне. И остро почувствовал, что у него нет ни единой возможности объяснить этим людям, что угрозы не имеют значения, он действует совсем из других побуждений. Он будет бороться за жизнь Анны Юрьевны ровно так же, как боролся бы за другого человека. Не потому, что боится за себя, а потому, что жизни должно быть больше, чем смерти. Только при этом условии время движется вперёд.

В госпитале Алексей приказал готовить операционную, а сам отправился к Варе.

Из её палаты доносился смех. Алексей распахнул дверь, вложив в это движение всё своё представление о неуместности смеха в госпитале и особенной его неуместности сегодняшним вечером. Завидев его, сёстры милосердия вскочили и потупили глаза. Кажется, всё отделение собралось здесь на посиделки!

Варвара Дмитриевна сидела посреди комнаты на стуле, сжимая в ладони шпильки. Судя по всему, барышни занимались тем, что из волос, непослушных даже бинтам, пытались соорудить ей высокую причёску.

– Как хорошо, что вы ещё не спите, Варвара Дмитриевна, – проговорил Алексей, – нам необходимо поговорить.

Сёстры потекли на выход. Как только за ними закрылась дверь, из коридора вновь донеслись ненавистные шепотки и хихиканье. Решительно стоит заняться наведением порядка среди персонала!

Варя сидела, не меняя позы, и лишь склонила голову, будто говоря «я слушаю вас». Алексей приблизился, не зная, как начать. Варя подняла на него глаза и вдруг, схватив за рукав, потянула к себе, заставляя нагнуться. Шпильками, зажатыми в руке, вопросительно и тревожно ткнула ему в шею, туда, где уже начинали наливаться синяки от пальцев господина Туманова. А после указала на кровь на брюках от пулевой царапины.

Алексей отстранился:

– Сейчас это не важно. Я по другому вопросу. Мне требуется ваша помощь.

Выслушав Алексея, Варвара Дмитриевна встала, бросила шпильки на кровать и решительно направилась к двери. Разумеется, молча, ведь бинты по-прежнему не давали ей говорить. Но её движение можно было принять за согласие.

На выходе из палаты им перегородил путь встревоженный Дубов.

– Алексей Фёдорович! Вы что творите? По всей видимости, я пропустил момент, когда вы сошли с ума! Варвара Дмитриевна больна!

Алексей скрипнул зубами. Тревога Дубова сейчас так не ко времени! Но неуважительно отодвинуть в сторону коллегу он тоже не мог.

– Владимир Семёнович, уверяю, Варваре Дмитриевне ничего не угрожает… – осторожно начал он.

Но пожилой врач уже впал в ажитацию:

– Не позволю! Коли Вельская знаменитость, так вы ради неё другой пациенткой решили рискнуть? Прославиться хотите? А Варвару Дмитриевну вам не жаль? Вы преступник! Полиция не зря за вами приезжала! Я видел!