Книга Амур с гранатой, страница 46 – Дарья Донцова

Похоже, многие посетители задают тот же вопрос, потому что ответ раздался мгновенно.

– В прежние времена на Руси в качестве десерта подавали пареную репу с медом. Но в наши дни мало где попробуете такую. Еда меняется со временем. Столичные любители китайской кухни хорошо знакомы с тем, что предлагают московские рестораны. Но это не настоящий Китай, а вариант для туристов. Мы же подаем потрясающей красоты и вкусноты блюда, какие только в Пекине попробуете.

– Я заказала курицу в кисло-сладком соусе, – озвучила я желание Димона.

– О‐о‐о! Прекрасный выбор! – восхитилась Ланфен. – Только у нас вариант «Бянь Фу».

– А соус кисло-сладкий? – уточнила я.

– Конечно, – подтвердила красавица, – самый что ни на есть правильный, и его много.

– Давайте! – обрадовалась я. – И салат еще… Понимаете… ну… мне надо, чтобы еда выглядела так, словно я приготовила ее дома сама!

– Нет проблем, – кивнула администратор. – Никаких фирменных коробок. Посуду принесли?

– Какую? – удивилась я.

– Сразу поместим «Бянь Фу» и салат в ваши емкости. Если не взяли, то можете съездить домой. За полчаса успеете? Как раз все приготовится.

Когда Иван Никифорович и Димон сели за стол, я торжественно вынесла кастрюльку, водрузила ее на подставку и объявила:

– Курица в кисло-сладком соусе, по-китайски «Бянь Фу»! Подается в той посуде, в которой готовилась – традиция такая. К ней салат счастья, богатства и удачи «Ю‐Шен».

– Подходит по всем параметрам, – кивнул муж. – Танюша, давай свою тарелку.

– Я просто чаю попью, – отказалась я.

– Интересно, почему женщины, приготовив нечто особенно вкусное, потом не хотят его даже попробовать? – задумался Иван Никифорович.

– Лапуля говорит, что она наедается запахом, – сказал Димон. – Тань, если опять села на диету, то слезь. Оставь несчастную в покое. Нельзя постоянно сидеть на ней, еще раздавишь беднягу.

– Очень вкусная подливка, – сообщил мой супруг.

– Замечательная, – согласился Коробков. – И куриная грудка выглядит аппетитно. У меня она целая!

– У меня тоже, – кивнул Иван Никифорович. – Только это не филе.

– Почему так решил? – деловито осведомился Димон.

– Под мякотью кости, – объяснил супруг.

– А во что курятина завернута? – неожиданно удивился наш компьютерный гений и посмотрел на меня.

– Ну… э… – протянула я, не имея понятия, во что укутали еду. – Такая… ну… трудно объяснить… Типа бумаги съедобной… ну… рисовой!

– Похоже большой комок лапши, – сказал муж.

Один раз соврав, нельзя остановиться.

– Верно, – улыбнулась я.

– Лучше съем только курятинку, – решил Иван Никифорович и начал аккуратно разворачивать «упаковку».

– Отличная идея! – согласился Димон. – Поступлю так же!.. Тань, у тебя на плите ничего не горит?

– Ой, духовка! – вспомнила я и ринулась в кухню, где разогревались маленькие сладкие пирожки, которые я, хлопотливая хозяюшка, якобы прямо сейчас пекла к чаю, потому что хотела подать свои изделия с пылу с жару.

Спасибо Коробкову за чуткий нос! Я вытащила противень. Крохотные «треугольнички» со сладкой начинкой не успели подгореть. Ланфен заверила меня, что мушиные пирожочки, которые вынесут к чаю с таким же названием, приведут всех членов семьи в состояние гастрономического оргазма. Потребуется только залить заварку кипятком и запихнуть изделия из теста в духовку. С этими действиями я справилась быстро и ловко. Ну не молодец ли я?