Книга Леди предбальзаковского возраста, или Убойные приключения провинциалок, страница 3 – Анна Былинова

6:32. Автобуса нет.

6:35. Автобуса нет.

6:40. Автобуса нет!

Чтоб тебя! С ненавистью думаю о водителе, которой, очевидно, пронёсся раньше обычного.

Все! Больше нельзя терять ни минуты. Перехожу на противоположную сторону улицы. Открываю на телефоне карту, которая мгновенно прокладывает мне маршрут до завода. Маршруты номер 32, 47, 193, 66. Встречаю глазами каждый подъезжающий транспорт.

Подъезжает 47-ой маршрут. Я останавливаю, вбегаю в автобус, оплачиваю, поворачиваюсь в поисках свободного места, констатирую, что мест свободных нет. Опираюсь на жёлтый турникет, стоя лицом к салону, и благодаря своему положению имею возможность всех лицезреть.

В тёмном салоне автобуса все работает чётко. Смирные и тихие люди сидят и синхронно покачиваются, когда колеса машины попадают в дорожную колею или ямку. Все слушают скучные звуки работы двигателя внутреннего сгорания. Лица одинаково хмурые, одинаково невыспавшиеся.

Лишь один человек не слушает звуки двигателя. Это молодой парень, сидящий у двери: глаза закрыты, в ушах наушники, из которых шипит, трещит отборная какофония из ударных. Парню в кайф. Или, может, таким образом он оградил себя от серого раннего утра и от хмурых лиц?

На остановке «Владимирская» женщина, которая сидела как раз за этим парнем, выходит. Я прохожу и сажусь на её место и через несколько минут становлюсь свидетелем любопытной и до безобразия банальной сцены.

Едем мы, значит, дальше в тишине, смирные и молчаливые, терпеливые и хмурые. Дружно слушаем монотонную работу машины и искажённые, шипящие звуки наушников меломана. И тут ничем не примечательный женский голос в один миг рушит привычную атмосферу звуков:

– На остановке, пожалуйста!

Хмурый черно-густо-бровый водитель автобуса, демонстрируя всем через зеркало заднего вида брутальность своей физиономии, не услышал просьбу, и, не сбавляя скорости, проехал мимо остановки.

– На остановке! – громче, ярче прозвучал голос женщины. Водитель на этот раз услышал и по инерции дёрнул руль, но не остановился. Он повернул голову и рявкнул:

– Громче можешь гаварит! На следующей пайдош! Нэлзя здэс остановка!

– Так из-за музыки ничего не слышно! – возмущенно оправдывалась женщина, стараясь осторожно перебраться в проход. Она была высокой, полноватой, интеллигентного вида. Внезапно мужчина, сидящий у окна впереди салона, злобно посмотрел на парня в наушниках и выругался:

– Вон, этот, врубил свою шарманку, поэтому ничего не слышно!.. Бар-ран!

Из конца салона тут же откликнулся молодой мужской голос:

– Почему вы его оскорбляете?

Мужчина у окна резко повернул голову на посмевшего ему ответить и в это мгновение я разглядела его лицо. На вид ему было лет 50-55. Седые волосы под серой старомодной кепочкой, худощавое лицо, зелёные глаза, прямой нос, тонкие губы – самый обычный дядька.

– Потому что он неподобающе себя ведет! – заорал он,– Музыку надо слушать дома! А не в общественном месте. Люди на работу едут. Вон, даже водитель музыку не включает!

– Так парень же в наушниках и никому не мешает. – спокойно ответил молодой человек.

Неприметный дядька вытянул шею, стараясь разглядеть оппонента, которого прикрывали спинки кресел.

– А ты че тут самый смелый?

– Допустим!

– Ну пошли выйдем, раз такой смелый, по морде, мля, получишь!