Книга Яйца раздора, страница 54 – Галина Балычева

Хозяйка при упоминании о ворах усмехнулась и, слегка качнув головой, сказала.

— Ну не то чтобы сильно крали, но было.

— А что крали-то, — заволновались мы, — что конкретно?

Тетка Татьяна замялась и поправила на голове косынку.

— Да, в общем-то, ничего особливого, — сказала она. — Ну одеяло украли, да еще ведро картохи. Мне ее, картоху-то, соседка принесла, она у нее еще с прошлого года осталася. Ну так вот, я ведро-то возле крыльца поставила, а сама в дом пошла — борщ у меня там закипал. А когда на улицу-то вернулась, а картохи-то и нетути.

Тетка Татьяна сделала выразительное лицо и развела руками.

— Уж не знаю, считать ли это кражей али нет, но что было, то было. А у вас-то что украли?

Я замялась, не зная, что ответить, и пнула ногой под столом Ляльку. Пусть быстро соврет чего-нибудь, она у нас сообразительная. Сообразительная подруга пнула меня в ответ, но, как всегда, не подкачала. Поняв всю тщетность очаровывания непробиваемого Кита, она прекратила глупо хлопать ресницами и, приняв наконец нормальный человеческий облик, включилась в общий разговор. Отвечая на вопрос тетки Татьяны, Лялька не стала говорить об исчезнувших конфетах, а начала издалека. Она завела пространный разговор о всяких-разных необъяснимых явлениях, о которых когда-то где-то читала или слышала, упомянула зачем-то энергетических вампиров, чем сильно напугала тетку Татьяну, и наконец, ни к селу ни к городу приплела к разговору привидения.

Тут заскрипела лестница, ведущая на второй этаж, и нашим взорам предстали сначала босые мосластые ступни, явно принадлежащие мужчине, затем фиолетовые спортивные штаны необъятных размеров, потом красная вытянутая во всех направлениях майка и наконец крупный бритый череп, плотно, без всякого перехода сидящий на необъятных плечах.

«Просто монстр какой-то, — подумала я и поежилась. — Это что у Петровны муж, что ли, такой?»

Лестница была довольно крутая, и мужчина спускался задом медленно и осторожно. Наконец он ступил на пол и, повернувшись к нам лицом, пророкотал неожиданно высоким с хрипотцой голосом:

— Ба, гости у хате, а я и не знал.

Этот голос и тембром, и интонациями очень напоминал голос нашего знаменитого белорусского соседа, батькиЛукашенко, и удивительно не шел к его внушительной фигуре — как бы лишал ее основательности. Однако сразу же стало понятно, что никакой это не монстр, а очень даже добродушный дядька, только заспанный очень.

— А я лежу и слышу, шо вы про привидения гутарите, — сказал он, присаживаясь к столу и наливая себе из чайника чай. При этом тетка Татьяна отчего-то злобно зыркнула на мужа. — Меня Иваном, кстати, кличут, — представился он, — Иван Михалычем. А вас как звать-величать?

— Марьяна и Валера, — ответил за нас Кит. — Они у соседки вашей живут. А тебе, Михалыч, сейчас не чайку, а огуречного рассолу лучше бы выпить или чарку водки для поднятия сил.

Кит захохотал, а Михалыч, заметно смутившись, украдкой покосился на жену. Теперь стало понятно, отчего тетка Татьяна была столь не любезна с мужем. Видать, вчера Михалыч крепко принял на грудь и оттого проспал до полудня.

— Не Валера, а Валерия, — довольно жестко поправила Кита Лялька. Поскольку Кит к Лялькиным чарам остался равнодушен, то и она с ним решила не церемониться.