Книга Брачный сезон, страница 29 – Галина Балычева

— Эй, мужики, машина едет,— сказал Славка. — Сейчас мы ее задействуем. — Он помахал рукой и пошел навстречу приближающимся огням.

На наше счастье, это возвращались с рыбалки братья Симаковы на своем джипе. Симаков-старший, узнав Мишкину машину и оценив ситуацию, без лишних слов проехал немного вперед и крикнул мужикам, чтобы цепляли трос. Младший Симаков тоже молча вынул меня из джипа и, заняв место водителя, посигналил брату, что можно трогаться. Все имеющиеся в наличии мужики снова попрыгали в канаву и по команде старшего из братьев Симаковых, Валерия Ивановича, уперлись в багажник джипа. Машины заурчали и подались вперед, мужики кряхтели сзади, но громадина джип пробуксовывал во влажной земле. Комья грязи фонтаном летели из-под колес.

— Давай враскачку! — скомандовал Валерий Иванович. — Вперед! — крикнул он.

Джип подался чуть вперед и опять забуксовал.

— Назад!

Мужики отскочили, джип откатился на исходную позицию.

— Вперед! — опять скомандовал Симаков.

Машины снова заревели, и джипу удалось продвинуться чуть дальше.

— Назад! Вперед! Назад! Вперед!

Джип медленно-медленно, но верно выползал из канавы. Еще минута — и машина выехала на дорогу.

— Ну, мужики, ну, выручили, — рассыпался в благодарностях Мишаня. — С меня причитается.

— Уж это точно, — согласился Славка, рассматривая свои совершенно испорченные джинсы.

Мужики были забрызганы грязью буквально с ног до головы: и одежда, и лица, и волосы.

— Может, на речку пойдем? — предложил Шурик. — Сразу и помоемся, и постираемся.

— А чего? Отличная мысль, — обрадовался Мишка. — Возьмем с собой «Белую лошадь» и закусить чего-нибудь...

— Еще чего выдумали, — вовремя осадила мужа Лариска. — Напьетесь и утонете. Идемте лучше к нам. В душе вымоетесь и пейте свою «Лошадь» хоть до утра.

Перемазанная гвардия отбыла в направлении Мишкиной дачи, а мы с Димкой пошли домой. Димка сразу же направился в летний душ, и теперь из глубины сада доносился плеск воды и его утробное рычание: наверно, вода в баке уже была холодной. За дверью скреблась и поскуливала Дулька, оставленная в доме в полном одиночестве. Я отперла дверь и взяла собачку на руки. Не желая одна входить в пустой дом, я уселась ждать Димку на крыльце. После сегодняшних событий меня не покидало чувство тревоги и, я бы даже сказала, страха. Еще мнене давала покоя мысль о Саньке Купатове. С одной стороны, он, по словам Петро Петровича, выходил из нашего проулка примерно в то же время, когда был зашиблен профессор. Но если подумать, то, с другой стороны, Санька и собирался к нам зайти, чтобы вместе пойти в церковь. Правда, мы его не дождались. «А вот почему он не зашел? — задалась я вопросом. — Допустим, его что-то задержало, и он пришел, когда нас уже не было. Тогда странно, что он не зашел позже. Обычно приходит по пять раз на дню, а тут вдруг исчез. Как-то на него это не похоже». От путаных мыслей меня отвлек шум подъезжающей машины.

— Слава Богу, наши приехали, — сказала я сама себе и побежала открывать ворота.

Из машины вышли отец, Степан и Сережка. Памелы с ними не было.

— А где же Памела? — спросила я. — Осталась дежурить возле профессора?

Дед ничего не ответил и молча прошел мимо меня в дом.

— Она попросила отвезти ее в отель, — шепотом сообщил Степка. — Дед сильно расстроился.