Книга Красота требует средств, страница 95 – Галина Балычева

Я стояла перед витриной и мучилась проблемой выбора, не зная, какому из десяти пирожных отдать предпочтение. Все пирожные были такие красивые и соблазнительные, что у меня просто глаза разбежались, и я даже хотела позвать Фиру и посоветоваться.

Но тут мой взгляд неожиданно упал на парочку, сидевшую за соседним столиком, отгороженным от общего зала невысокой декоративнойрешеткой.

Таких решеток-перегородок в кафе было несколько, и никакой функциональной нагрузки они, в сущности, не несли. Ну разве что создавали некую иллюзию уединенности, но только иллюзию, потому что сквозь них все равно все было видно и слышно.

Но я ни за кем не собиралась подглядывать. Зачем мне это? Просто эта парочка почему-то привлекла мое внимание. Впрочем, понятно, почему.

Это были Ленка и Эдька.

«Выходит, что Эдька летит в Москву нашим же рейсом, — подумала я, — а Ленка его провожает».

Впрочем, если бы Ленка его провожала, она не смогла бы попасть сюда, в это кафе.

Сюда пропускают только тех, у кого на руках имеются посадочные талоны. А у Ленки такого талона быть не могло.

Или она с горя тоже решила слетать в родные пенаты? А что? Вполне возможно. Вот здорово! И я уже хотела было окликнуть свою подругу. Но тут произошло нечто такое, от чего у меня непроизвольно отвисла челюсть. Я, пожалуй, могла ожидать чего угодно, но только не этого.

Сквозь прозрачную решетку я увидела, что эти двое целуются. Ну в том, что они целовались, ничего особенного не было. В аэропорту все целуются. Но эти двое целовались не как брат и сестра, ничего похожего на братский поцелуй здесь не было. Они целовались как любовники.

Я перестала что-либо понимать.

Я стояла и так откровенно пялилась на эту парочку, что бармен, заметивший мой нездоровый интерес, усмехнулся и, покашляв для приличия, напомнил, что я, кажется, собиралась сделать заказ.

Но я не обратила на него никакого внимания.

«Вот тебе бабушка и Юрьев день!» — отчетливо произнесла я по-русски, и бармен, услышав иностранную речь, еще раз усмехнулся. Что, дескать, возьмешь с этих иностранцев? Это же не французы.

Услышали русскую речь и за перегородкой. Ленка тут же отпрянула от Эдьки, как укушенная, и резко обернулась. Мы встретились с ней глазами.

Сначала в ее глазах читалась растерянность, потом злость, а потом она неожиданно улыбнулась и, сказав что-то на ухо Эдьке, поманила меня к себе за перегородку.

Эдька испарился из кафе в мгновение ока.

— Привет, — как ни в чем не бывало сказала мне Ленка. — Кофе хочешь?

Я промолчала. Я пока еще пребывала в шоке и не знала, как реагировать на то, что я только что увидела.

— Я понимаю, ты удивлена, — еще шире улыбнулась Ленка. —Я и сама не планировала тебя здесь увидеть. Ты, вероятно, летишь домой, в Москву? А разве твой самолет сегодня?

Я кивнула.

— А я почему-то считала, что завтра... Впрочем, это уже не имеет значения. А мы на Карибы...

Я снова кивнула.

Ситуация, в которую я попала, была настолько неожиданной и нестандартной, что я просто не знала, что и сказать. Я смотрела на Ленку и молчала, и мое молчание уже стало ее раздражать.

— Ну да, Эдька мне никакой не брат, — сказала она. — Тем более что он вообще не Эдька, а Пит, то есть Петька. Только он не любит, чтобы его так называли. Ну что ты на меня так смотришь? У тебя что, никогда не было любовников?