Книга Секрет австрийского штруделя, страница 33 – Анна Акимцева

Следить за мной, до самой столицы? Проверять мой маршрут? Вот ей Богу, Смирнов сериалов полицейских пересмотрел или по работе своей соскучился.

– Хотя...., – протянул Смирнов, – можно и в Третьякову, – великодушно сообщил он. – Но, в первую очередь, ты заедешь в Банк, включишь дурака (это ты умеешь), будешь требовать рассказать, почему лист до сих пор не исполнен, можешь пошуметь (и это ты умеешь). А потом гуляй себе по Третьяковке. Надеюсь, ты знаешь, что это художественный музей, а не ресторан и не магазин нижнего белья, – не унимался Димка.

– Все таки подарю я тебе Смирнов трехлитровую банку…., – задумчиво произнесла я.

– Яд собирать? Так есть у меня, не траться. Ты все поняла?

– Поняла, исполню. Разрешите идти спать?

– Иди, спи, но полотенце с камеры сними утром, не забудь, – милостиво разрешил Смирнов.– Кстати, Страхова в курсе моего плана и очень его одобряет. Так, что с работы можешь у нее не отпрашиваться.

– Это шарф, а не полотенце, – возразила я в отключенныйтелефон.

Подозревать коллег не хотелось. В голове не укладывает, что это кто-то из них. Как хорошо, что есть Димка Смирнов. И он найдет злодея. И пусть злодеем, окажется посторонний и, несомненно, незнакомый мне человек, с которым мы не пили вместе чай по утрам, не отмечали дни рождения, не проводили времени вместе больше, чем со своими семьями.

От грустных мыслей меня отвлекла Давиденко, требуя отчета о самочувствии, о том, не беспокоили ли меня следственные органы, а самое главное – подробностей прогулки с иностранцем. На отчет и подробности сил не было. Кратко обрисовала, что чувствую себя нормально, органы не беспокоили, а еще порадовала Надежду Николаевну коротенькой зарисовкой о нашем ужине с профессором.

Зарисовка произвела на Давиденко неизгладимое впечатление.

– Ульянушка, ты присмотрись к нему, моя дорогая. Какой галантный мужчина! Он так на тебя смотрел. Уж я-то в этом понимаю! Не фырчи, а слушай меня, старушку, – включила тетушку Надежда Николаевна.– Будет в гости звать – не отказывайся. Слетаешь в Вену…, – мечтательно продолжила она. – Ты когда в последний раз в Европе была? Испанию и Кипр не считаем!

Ба! Да ларчик просто открывался! Давиденко меня… сватает. Какой кошмар. Наша царица в роли сводни! Ну надо же какую сплела интригу – нужен переводчик, сопроводить господина профессора к музейщикам!

Еще пару дней назад, поняв намерения Давиденко, я, вне всякого сомнения, на нее бы обиделась, и выразила бы свое неудовольствие в лицо, и даже перестала с ней общаться… не надолго, на пару дней. Но сейчас, в свете произошедших со мной злоключений, поведение Надежды Николаевны показалось мне невинной милой шалостью, и обращать на нее внимание лень, да и некогда.

Сердечно поблагодарив Надежду Николаевну за особую заботу и замечательное знакомство, обещав подумать над ее советом, я, сославшись на усталость, разговор прервала.

***

Давиденко разговором осталась довольно. Хотя Ульяна точно решила, что на старости лет, Надежда Николаевна слегка сошла с ума и перепрофилировалась в свахи.

А как иначе объяснить настойчивую просьбу о продолжении общения с австрияком? Намеки на русское гостеприимство и впечатление о стране уже бы не сработали.

***

Время близилось к полуночи и тревожный сон укутывал меня, как вдруг тренькнуло сообщение мессенджера