Книга Секрет австрийского штруделя, страница 26 – Анна Акимцева

С учетом ожидания решения, из суда я выбежала без четверти семь, голодная, но счастливая – в иске к нашему предприятию было отказано. А предъявлялась сумма немаленькая, больше двух миллионов.

Вот и славно, теперь бы успеть к Эдеру, но по вечерним пробкам это нереально. Все равно опоздаю. Пошарив в телефоне, нашла таки номер австрийца.

– Алекс, добрый вечер, это Ульяна,– начала я

– Прошу Вас, не говорите, что не придете, – перебил меня Эдер.

– Звоню предупредить, что опоздаю, минут на тридцать. Задержалась в суде, – успокоила я профессора.

– Жду!– коротко ответил Алекс и отключился.

Я приехала раньше, чем обещала. И странно быстро нашла место для парковки, еще и рядом с Отелем. Но из машины выходить не спешила. К вечеру, идти «выгуливать» профессора вконец расхотелось. Я ругала себя за то, что согласилась, на ходу придумывала, как сократить «программу»: «Знакомство иностранца с красотами родного города». А еще мне так себя жалко стало, что я даже в зеркало не взглянула и макияж поправлять не стала. У меня же не свидание. Я женщина средних лет, безумно уставшая после сегодняшнего ударного трудового дня и душевных потрясений предыдущего. Что может исправить лишний взмах тушью и обновленная помада? Ничего. Скучающему профессору-иностранцу, при взгляде на меня, должно стать стыдно за свое настойчивое приглашение, и он спешно откланявшись, побредет в одиночестве в родные пенаты.

С такими мыслями я тяжело выползла из машины и уныло побрела к Отелю. Есть хотелось нестерпимо, а из ресторанчиков, которымиизобилует центр нашего города, как назло тянуло такими ароматами, что желудок жалобно заурчал.

Если я прямо при австрийце упаду в голодный обморок, это не повлияет на формирование у профессора «положительного образа нашей страны»?

Алекс ждал возле входа в отель, разговаривая по телефону, но едва я приблизилась, разговор окончил, встретил меня такой радостной улыбкой, что мне стало неловко от моих мыслей.

– Ну что ж, начнем экскурсию, – довольно бодро, как мне показалось, произнесла я.

– Ульяна, Вы не могли бы отужинать со мной? – осторожно спросил Алекс

Вот так и сказал «отужинать». Утонченное, можно сказать, слово.

Отужинать я была, отнюдь, не против. Тем более, что профессор уже и столик заказал. В моем любимом ресторане – «Траттория». Он угадал? Или ему кто-то посоветовал?

В ресторане Алекс ограничился кофе и небольшим десертом, а я, не боясь смутить иностранца прожорливостью русских женщин, заказала себе и ризотто с белыми грибами, и теплый салат. Около десерта притормозила, решив, что закажу его попозже.

«Вот о чем с ним говорить? О природе и погоде? Об истории города? Или лекцию ему прочесть по российскому конституционному праву?» – подумалось мне. «Боже, а как мы будем расплачиваться? Они же в Европе платят каждый за себя. Правильно ли сейчас при нем, попросить официанта разделить счет? Или оплатить и кофе Эдера? Ведь он гость» – раздумывала я.

Тема для разговора все же нашлась – прекрасное знание русского языка уважаемым профессором. Алекс с удовольствием откликнулся на вопрос и объяснил, что его немецкая семья в страшно далеком восемнадцатом веке перебралась в Россию. Прапрапра…дед был из бедного немецкого дворянского рода, в северной стране нашел новую Родину, верно ей служил, жизнь свою окончил полковником российской армии. За два века род Эдеров изрядно обрусел, поскольку в конце восемнадцатого столетия они приняли православие и браки с русскими стали возможны.