Книга Берегись, дракон! Или беременные будни попаданки, страница 36 – Вернэлия Хайд

Дверь скрипнула, и в комнату ввалились Катрин и Мишель, обе в халатах, но уже с причёсками, будто они собирались на другой бал. Катрин держала поднос с булочками, пахнущими корицей, а Мишель размахивала свитком, как оружием.

— Доброе утро, пироманка! — заявила Мишель, бросая свиток на мою кровать. — Ты выглядишь, как будто дракон тебя пережевал и выплюнул. Что вчера было? Ты с Рейном сбежала, как воры с ярмарки!

Я закатила глаза, но щёки предательски горели. Катрин, поставив поднос, села на край кровати, её тёмные глаза были полны беспокойства.

— Аделин, ты… в порядке? — спросила она, теребя рукав. — Ты вчера была какая-то… странная. И Рейн тоже.

— Странная? — фыркнула я, хватая булочку, чтобы занять руки. — Кат, я была под афродизиаком! Это не странно, это… катастрофа. — Я откусила булочку, но она застряла в горле, когда я заметила ухмылку Мишель.

— О, так вот почему ты выглядишь, как после дуэли! — подмигнула она. — Давай, колись, что там было? Рейн такой же горячий, как его магия?

Я чуть не подавилась, швырнув в неё подушку. Катрин ахнула, но её губы дрогнули в улыбке.

— Мишель, не дразни! — сказала она, ноеё глаза блестели любопытством. — Аделин, если тебе неудобно…

— Неудобно? — перебила я, фыркнув. — Кат, мне неудобно только то, что я не могу поджечь свои воспоминания. Но… — Я вздохнула, откидываясь на подушки. — Это было… потрясающе. И я не знаю, что теперь делать.

Мишель присвистнула, а Катрин сжала мою руку, её пальцы были тёплыми и успокаивающими.

— Мы с тобой, — тихо сказала она. — Что бы ни случилось.

Прошла неделя с того проклятого бала, а я всё ещё чувствовала себя, как будто меня поджарили на драконьем огне и забыли потушить. Академия Серебряного Круга гудела, как улей, но я старалась держаться в тени, избегая любопытных взглядов и, главное, Рейна. Его голубые глаза, которые я ловила на уроках по защитной магии, жгли хуже моего собственного пламени.

Я сидела за партой, притворяясь, что изучаю руны, но мои мысли возвращались к той ночи в его кабинете — его руки, его губы, его… о, боги, я краснела, как первокурсница, и тут же злилась на себя. Это был афродизиак, да? Или я правда потеряла голову из-за этого чешуйчатого ректора?

— Аделин, ты опять витаешь в облаках? — шепнула Катрин, сидящая рядом. Её тёмные глаза блестели беспокойством, а перо в её руке замерло над свитком. — Ты всю неделю какая-то… не ты.

— Не я? — фыркнула, вызвав крошечную чёрную искру, которая чуть не подожгла мой свиток. — Кат, я просто устала. Селеста, слухи, уроки… и этот, — я кивнула на Рейна, который объяснял заклинание щита у доски, — не даёт мне покоя.

Катрин покраснела, но её губы дрогнули в улыбке. Мишель, сидя с другой стороны, ткнула меня локтем, её веснушки сияли, как искры.

— Не даёт покоя? — хмыкнула она, её голос был полон насмешки. — Пироманка, ты сбежала с балом, как воровка, и теперь прячешься от дракона. Колись, что там было?

Я закатила глаза, но сердце ёкнуло. Сказать им? Нет, не сейчас. Я сама не понимала, что чувствую. Усталость, которая навалилась с утра, раздражительность, лёгкая тошнота после завтрака… я списывала это на стресс, но что-то было не так.

— Ничего не было, — буркнула я, но мой голос был подозрительно слабым. — Просто… зелье. И точка. Мишель прищурилась, но Катрин сжала мою руку под столом, её пальцы были тёплыми.