Книга Истинная декана. Дочь врага, страница 79 – Алена Шашкова

— Я нашла записку под столом Эллы, — говорю я.

— Но я всегда их замораживаю, а потом дроблю на мелкие части, — говорит блондинка.

Эмма рычит вслух и бьет кулаком по столу.

— Это была моя записка. Я тогда спешила и еще подумала, что вложенной силы будет недостаточно, чтобы сжечь. Но я рассчитывала проверить и доделать дело позже. Прости меня, — говорит она. — Это все из-за моей безалаберности.

Я пожимаю плечами и, честно говоря, уж ее-то точно не виню.

— А я бы могла не брать и не читать. И уж тем более не таскаться туда.

Эмма вскакивает и обнимает меня. Элла присоединяется к нам парой секунд позже. Какое-то время мы стоим так, а потом молча, погруженные в свои мысли, расходимся спать.

Несколько дней проходят в очень странном, похожем на полудрему, состоянии. Ругро почти не разговаривает со мной. Он активно обучает меня использованию потоков магии (с постоянным контролем у Курт), по вечерам — сочетанию боевых приемов защиты и атаки, как с помощью магии, так и с мечом.

На одном из занятий он попытался дать мне ножи, но когда я три из них умудрилась запулить за тренировочную площадку так, что Ругро их не нашел, мой куратор вернул мне меч.

Все общение наше ограничивается формальными фразами, а как только заканчивается занятие, Ругро уходит первым. Ловлю себя на мысли, что было бы лучше, если бы он рычал и злился, как в самом начале. Но не так, как сейчас.

Как выясняется, Алисия и Вальгерд — как раз те самые ищейки, про которых рассказывал Ругро. Но он пригласил их к нам просто “в гости”, без официального запроса, чтобы не привлекать лишнего внимания властей.

Тем более что у Вальгерда была логичная причина — ему нужно было подбирать кандидатов в будущие ищейки. Если такие найдутся, конечно. А Алисия… Она просто была уже в отпуске и могла спокойно составить компанию мужу.

Она-то и разговаривала пару раз со мной. Естественно, она не спрашивала меня напрямую о боях, но мы много разговаривали о фамильярах, о том, как я хотела бы иметь своего. И в конце концов, мы один раз с ней так разболтались, что я совершенно неожиданнодля себя рассказала ей обо всей своей жизни.

В конце концов, она и так очень много уже знала.

Тренировка–завтрак–лекции–обед–практика–занятие с Ругро–библиотека. Через день — работа у Флоффа. Новые раненые фамильяры перестали появляться, поэтому там дел не очень много. Видимо, после случая со мной и с той студенткой из лазарета, организаторы решили взять перерыв.

Но я намекаю Флоффу, что об “усиленных практиках” студентов можно поговорить с Вальгердом или Алисией. Надеюсь, он прислушается ко мне.

Время от времени Филис приносит мне в библиотеку бутерброд. Особенно когда на ужин в столовой тушеная капуста.

Несколько раз он помогает мне разобраться в плетениях, которые мне кажутся сложными, а на деле оказываются просто сочетанием двух или трех простых. Каждый раз он выбирает момент, когда никого нет. И это понятно, вряд ли ему хочется, чтобы подумали, что он общается со мной.

Но должна признать, что даже так, он неплохо научился поднимать мне настроение.

— Касс, — Адреас окликает меня перед входом в столовую.

Я оглядываюсь по сторонам, замечая, что вокруг слишком много людей.

— Филис? Может, потом?

— Сегодня в городе закрытие весенней ярмарки, — продолжает он, не обращая внимания на то, что на нас оглядываются. — Ты же не видела еще столичных представлений?