Книга Истинная с коготками для дракона, страница 48 – Алена Шашкова

— Или это что-то настолько древнее, что все забыли, — добавляет Майла, всем своим видом давая понять, что теперь-то точно следит за мной. — Но я нашла упоминание одного символа в легендах о Разломе Миров.

Звучит как что-то очень древнее и серьезное, похожее на теорию большого взрыва. В смысле на то, как произошел этот мир. И да, это похоже на то, что мне нужно.

— Как из одного большого мира произошли много маленьких? — уточняю я.

— Что-то похожее, — отвечает Лео. — Но говорят, что после этого миры больше не соприкасались.

— Соприкасались или нет… Они все равно все связаны, — говорю я. — Основой. Даже несмотря на то, что внешне кажутся отделенными.

Как материки на планете, разделенные водой, глубоко в своей сути все связаны.

Громко захлопываю книгу, удостаиваюсь недовольного взгляда с соседнего стола и поднимаюсь с места.

— Ты куда? — спрашивает Майла.

— За ответами.

— Ты… Это же опасно! — она даже хватает меня за руку.

— Мне уже все равно, — отрезаю я. — Гайверс пишет письма с угрозами, магия мне не подчиняется,я ничего не знаю об этом мире, и мне не спешат рассказывать. В результате я чувствую себя пешкой на игральной доске. Я хочу хотя бы знать правила этой игры, — коротко отвечаю я и ухожу из библиотеки.

Я терпеливо ждала, когда Алессандра или хотя бы Джонс расскажут мне, что за непонятная каменная штуковина меня сюда притянула. Но все молчат как партизаны.

Если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе. То есть я иду к Алессандре спрашивать, что же такое страшное там она в первый раз увидела.

Ее я нахожу, где и положено — в оранжерее. Она с упоением возится с каким-то сизо-буро-фиолетовым растением. Алессандра обрабатывает ему листья каким-то ярко-оранжевым зельем, а оно все время пытается извернуться и куснуть преподавательницу. Она поднимает на меня взгляд и даже ничего не спрашивает.

— Садись, — кивает Алессандра на место на переднем ряду. — Сейчас с остеорапсисом закончу, а то недельный эксперимент может пойти коту под хвост.

Я сажусь и терпеливо жду, пока профессор закончит дело, вытрет руки и присядет напротив меня. В ее взгляде нет удивления, только усталость и сочувствие.

— Вы же знаете, зачем я сюда пришла?

Она переплетает пальцы на столе перед собой и кивает.

— К сожалению, мои предположения оправдались, — тихо говорит она. — И это вовсе не артефакт разрыва кровных уз.

Да как-то я уже это поняла, раз я вообще тут. Но если это не он, то что? И почему мне так не нравится выражение лица Алессандры?

По телу пробегает холодок, и создается впечатление, что все присутствующие здесь растения смотрят на меня очень недобро.

— Кэтти, это Осколок сфер, — говорит она. — Очень древний и запрещенный артефакт. Если бы ты знала, сколько нам пришлось порыться в книгах и старых свитках, в том числе из королевской секретной библиотеки. Тут я должна сказать спасибо тому, что Его Величество благоволит к моему мужу после некоторых событий.

Я тру переносицу, пытаясь не дать себе запаниковать и дослушать до конца. Интуиция просто вопит, что вот эти все слова про «запрещенность» — не пустой звук, и для меня не значат ничего хорошего. Но надежда, она же такая надежда. Умирает последней.

— Как мне вернуться? — спрашиваю я то, что волнует сейчас больше всего.