Книга Измена. Истинная двух врагов, страница 49 – Алена Бондар

– Да закончи ты уже эту пытку! – возмущается Хелена и упирается рукой об стену.

– Ноги не держат? – подкалываю и, закончив со спиной, принимаюсь за талию.

Обвожу изгибы, словно впервые прикасаясь. Медленно и бережно. Тихий бубнеж служит мне ответом. Провожу руками по попке, и тут она не выдерживает:

– Сакар, убери руки! Там я сама могу! – скидывает мои руки и поворачивается всем корпусом.

И делает этим только хуже. Открывая такой вид, что выдержки остаются крупицы.

– Я хотел помочь и помогаю, – старался произнести невозмутимо, но голос предательски хрипит.

– Да ну? – с деланным удивлением переспрашивает, а я награждаю ее прямым взглядом.

Показывая все, что творится в моей груди. Не таясь, демонстрируя жажду и возбуждение. Мне не нужно ничего озвучивать, хватит только прямого контакта. Так и получается, после этого ее протест теряется где-то, так и не озвученный до конца.

Омываю бедра и чувствую, как под моими пальцами подрагивают ее мышцы. Веду руками по голени и заканчиваю свой путь на лодыжках. А потом, смотря ей прямо в глаза, прохожу обратный путь.

Поднимаюсь медленно, смакуя ее реакцию, которую Хелена не может спрятать. Ее захватывают ощущения. Она также поддается нашему притяжению и заряжается игрой. Поднимаясь выше колена, перемешаю ладонь на внутреннюю сторону бедра, и она сдвигает ноги вместе.

"Ты думаешь, это поможет?" – обращаюсь к ней мысленно.

А она отвечает также без слов:

"Не уверена, но попробовать должна была".

– Здесь тоже нужно помыть, – приглушенно произношу.

– Да? Мне так не кажется, – отвечаетслишком неуверенно, чтобы принять это за отказ.

Нажимом развожу ее ноги в стороны, и она поддается. Веду еще выше, достигая лона. Задеваю клитор, будто невзначай, и она стонет. Делаю глубокий вдох и вдыхаю ее аромат. Он пронизывает все мои рецепторы и заряжает еще большей волной похоти.

Раздвигаю складочки и ласкаю, а ведьмочка прикрывает глаза. Она вроде бы не поощряет, но и не сопротивляется. Прямо недотрога, которой невдомек, к чему это все приведет. Когда смазки становится так много, что можно переходить на новый уровень, задаю вопрос:

– За время нашей разлуки ты что-то решила для себя? Определилась?

Внимательно смотрю за всеми ее реакциями, отслеживаю малейшие изменения. Она не станет лгать, но лучше перестраховаться. Хелена распахивает глаза, и я кружу вокруг входа в лоно. Дразню и не даю ей то, чего она жаждет.

– М-м-м… Не совсем, – выдает на повышенных тонах и снова прикрывает глаза.

– И что мы будем с этим делать? – насаживаю на пальцы, и ее встряхивает.

Прогибает поясницу и запрокидывает голову назад. Если бы она не держалась за стену, то точно пришлось бы ловить. Пока ласкаю нежно, жду, что же она ответит.

Надеялся, что, вернувшись, она определится. Даст точный ответ. Но, кажется, для нее это непосильная задача. А если она сама не может этого сделать, то придется помочь.

Отказаться от нее не смогу и не хочу. Гореть в пекле неразделенной любви больше не буду. Слишком это затягивающе и больно. Но есть очень весомое "но".

Оборотень тоже не откажется от своей пары, и мы застряли на распутье. Мы враги, хотя война и закончилась. Любим одну женщину и считаем ее своей. Этого достаточно, чтобы вцепиться в глотки друг другу.

Если пойти на прямое столкновение, это заденет всех. Не только нас троих, но и наших людей. Хелена умная ведьмочка и тоже это понимает, но не может решиться.