Книга Испытание. Цена любви., страница 87 – Ирина Чардымова

– Почему ты мне ничего не сказала? – спросил он, отстранившись ровно настолько, чтобы взять моё мокрое от слёз лицо в свои сильные тёплые ладони.

Большие пальцы нежно гладили мои щёки, стирая влагу, и во взгляде его читалась такая боль, что сердце сжалось.

– Я бы помог тебе, Нина. Обязательно помог. Ты же знаешь, я бы всё сделал. Деньги это решаемо, это не проблема! Я бы оплатил лечение, нашёл лучших врачей, отвёз твою маму куда угодно, хоть на край света! Почему ты решила, что должна справляться со всем этим кошмаром в одиночку? Почему не обратилась ко мне?

В его голосе звучала искренняя боль. Он действительно переживал. Действительно хотел помочь.

Но как я могла просить его о помощи? Мы едва знали друг друга. Встречались всего несколько раз. Да, между нами была невероятная химия, искра, притяжение. Но просить у малознакомого человека огромную сумму денег это казалось невозможным, неправильным.

– Я боялась, – честно призналась я, опуская взгляд. – Боялась, что ты меня возненавидишь, когда узнаешь, что я чуть не сделала. Боялась, что ты посчитаешь меня корыстной, алчной, что решишь, будто я с самого начала только на деньги и претендовала. Боялась увидеть в твоих глазах презрение и разочарование. Это было быхуже смерти, Максим. Хуже всего на свете.

Он покачал головой, провёл ладонью по моим волосам, убрал прядь, упавшую на лицо.

– Глупенькая моя, – вздохнув, произнёс он с бесконечной нежностью в голосе. – Разве ты не понимаешь? Я люблю тебя. Люблю всем сердцем, всей душой. И никакие обстоятельства, никакие ошибки прошлого не изменят этого чувства. Ты слышишь меня? Я люблю тебя, Нина. Люблю такой, какая ты есть, со всеми твоими страхами, болью и прошлым.

Слёзы снова хлынули из глаз. Но теперь это были другие слёзы, слёзы облегчения, счастья, надежды. Я прижалась к нему, обняла крепко-крепко, боясь отпустить.

– Я тоже тебя люблю, – прошептала я. – Так сильно люблю, что это пугает. Я не знала, что можно так любить. Что можно чувствовать так много, так глубоко, так всепоглощающе.

Мы стояли, обнявшись, в моём кабинете, и время словно остановилось. За окном сгущалась темнота, где-то в коридоре слышались шаги медсестры, делающей последний обход, но нас это не касалось. Мы были в своём собственном мире, где существовали только мы двое.

Максим отстранился первым. Взяв мои руки в свои, он серьёзно посмотрел мне в глаза.

– Нина, давай мы с тобой договоримся, – начал он, и в голосе его звучала твёрдость, не терпящая возражений. – Больше у нас друг от друга не будет никаких секретов. Никаких недосказанностей, никаких умолчаний. Что бы ни случилось, какие бы проблемы ни возникли, мы будем делить их на двоих. Вместе решать, вместе искать выход, вместе бороться. Договорились?

Он строго посмотрел на меня, и я кивнула, чувствуя, как в груди разливается тепло.

– Обещаю, – ответила я, снова обнимая Максима, утыкаясь носом в его грудь и вдыхая такой родной запах. – Обещаю, что больше никогда не буду скрывать от тебя ничего важного.

Даже произнося эти слова, я чувствовала тяжесть в кармане халата. Тест, ребёнок, наш ребёнок. Это самый большой секрет, самая важная новость. И я должна рассказать ему прямо сейчас.

– Ты же понимаешь, что я теперь не уеду без тебя? – спросил Максим, отстраняясь и заглядывая мне в глаза. В его взгляде читалась абсолютная решимость. – Собирай вещи, Нина. Мы возвращаемся в Москву, вместе, и я больше никогда не позволю нам расстаться.