Книга Сумрачный ворон, страница 6 – Александра Дегтярь

Судьба улыбнулась Елене — в этот вечер мать приехала погостить. Разъяренный супруг объявился лишь к полуночи. Ограничился всего одной пощечиной.

Одно дело избивать жену при слугах, и совсем другое при свидетелях. Слуги молчат. Герцогиня Корвус хранить молчание не станет!

Энни. Грудь болела, налившись молоком.

Порывшись в воспоминаниях Елены выяснила, дочке было всего две недели. Теперь понятно, чего требовал супруг. И почему Елена воспротивилась исполнять супружеский долг. Маркус вновь избил ее и изнасиловал. И напоследок ударил так, что Елена потеряла сознание, ударившись затылком о ледяной каменный пол… и, видимо, умерла. А её место заняла моя душа.

Схватившись руками за виски, я легонько их помассировала. На данный момент нужно было найти комнаты Елены. Там в кроватке спала Энни.

А после… кулаки мои сжались до хруста. После я тебе устрою "Багровый рассвет", муженек! Ты познаешь, что значит месть генерала Сумрака!

*Багровый рассвет — В мире Элланы, одно из многочисленных сражений, вкотором она участвовала. Войска Элланы сокрушили вторгшегося, воинственного соседа. И дабы навсегда отбить у него охоту терзать приграничье, обагряя его кровью, пленных не брали.

Сосчитав про себя до десяти, я резко поднялась. Голова слегка закружилась, но я удержала равновесие. Развернувшись, направилась наверх. Снова коридор. Воспоминания услужливо подсказали, что это боковой коридор для слуг. Кажется, Елена как раз искала здесь экономку, чтобы отдать ей какие-то распоряжения, когда ее сначала толкнули с лестницы. Но девушка удержалась, избежав падения, вцепилась в перила, а затем…

Ладно. С меня достаточно информации о бывшей хозяйке этого тела. Хм. Напрягла память и вспомнила путь до покоев Елены.

Стараясь ступать бесшумно, я двигалась с возросшей уверенностью. Полумрак отступал под натиском мягкого света, льющегося из светильников. Два поворота — и вот она, лестница. Поднявшись на этаж, оказавшись в коридоре господ, я свернула налево и, отсчитав четыре двери, замерла у своей.

два переступив порог, я услышала надрывный крик младенца, разрывающий тишину. Неужели у девочки нет няньки? Бесшумно скользнув, я пересекла видимо какую-то общую комнату. Разглядывать ее не стала. Завтра осмотрюсь как следует. спальне, в кресле, погруженная в чтение, сидела нянька. А в колыбели, задыхаясь от плача, билась дочка Елены. Не раздумывая, я схватила нерадивую девицу сзади за шею и, сдавив, прошипела:

— Вот как ты смотришь за ребенком! — мой голос, не повышенный, звенел зловещей угрозой.

Девица попыталась встать.

— Только дернись еще, я тебе мигом шею сверну. — Чтобы слова не казались пустыми, я сжала пальцы, но хватка вышла цепкой, но неуклюжей. Нежные пальцы, не привыкшие к подобному, заныли от боли.

— Почему ты здесь, а моя дочь надрывается там? — прорычала я, с трудом сдерживая гнев.

— По-о-ре-ве-т и у-с-п-о-к-о-и-т-ся… — пролепетала девица, заикаясь от страха. Но надо отдать ей должное, она очень быстро пришла в себя. Видимо изначально приняла Елену, в теле которой находилась я за кого-то другого.

— Сейчас ты у меня успокоишься. — Собрав всю свою ярость в кулак, я рывком подняла девицу и поволокла ее к выходу из покоев.

— Я пожалуюсь его светлости! — взвизгнула она, пытаясь вырваться. — Я действую с его позволения!