Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 617 – Юлия Фирсанова

– На последней черте? Перегорел? – заинтересовалась я тонкостями дрессуры будущих артефактчиков. Люди ведь не электрические лампочки! Как они могут перегореть?

Риалла только пожала плечами, не зная, как объяснить несведущей очевидное и элементарное. За нее ответила вернувшаяся в дом Фегора.

– Вызволить силу, скрытую в камне и древе, проложив для нее путь через знаки, способен лишь артефактчик. Если ученик не был достаточно усерден, развивая свой дар проводить и вызывать энергию, удерживать ее, пропуская через себя, то личный канал силы мастера рвется и выгорает, навсегда отрезая потенциального артефактчика от мощи мира и лишая его дара, – спокойно объяснила учительница.

– Все имеет свою цену, – кивнул Киз одобрительно.

И, как ни жаль мне было тех, кто навсегда лишался возможности творить магию, успев попробовать восторженного права на чудо, я признала правоту артефской методики. Неуч и лентяй не должны получать незаслуженных привилегий. Второй шанс и право на ошибку – это хорошо, но если речь идет о безопасности людей и мира, я тоже предпочла бы не рисковать.

Кашу и бутерброды под беседу о специфике артефского ремесла мы смели со стола быстро. На сладкое добавили хлеба с медом синалек, коллективно перемыли посуду – оставлять ее хозяйке на память о визите гостей было бы моветоном – и с вещами отправились на выход.

Фегора повела нас в сторону мыльни, потом за нее и направо, углубляясь в лес. Тропинок не было, но проблем с перемещением людей и лошадей не возникло, почему-то подлесок тут почти отсутствовал. Хотя… я приметила маленький камешек-вешку знакомого желтого оттенка на дереве, кажется, я знаю почему. Обо всем заботились артефакты. Думаю, они охраняли место и от нежелательных визитеров, и от лишней растительности заодно.

– Здесь. – Артефактчица резко остановилась, указывая рукой в сторону двух склонившихся друг к другу деревьев, сплетающих арку стволами и кронами.

Серебристая их кора не была светлой, скорее она походила на черненое серебро, а толщина стволов взрослых дародрев наводила на мысль о том, что цвет древесины зависит от срока, отпущенного магическому растению. То засохшее деревце у дороги прожило совсем недолгий век.

«Неужели из-за дисбаланса энергий теперь погибают и растения, усваивающие ее?» – посетила меня очередная скорбная мысль, лишь укрепившая решение помогать Артаксару по мере сил. То, что говорил Гарнаг, было интересным, но не трогало душу. Теперь, после нескольких дней знакомства с людьми и миром, проблема стала личной.

Красивые были воротца, живописные, до эльфийских, конечно, недотягивали, но видящим сдержанную силу, заключенную в деревьях, они внушали уважение. Я уже успела привыкнуть к тому, что здешние артефактчики работали с неживыми носителями магической энергии. Странно, что портал сотворили из растущих, хранящих и продолжающих собирать силу деревьев. Тем самым, похоже, обеспечивалась постоянная подпитка и длительность действия портала на перезаряжающихся естественных «аккумуляторах». Знаки, направляющие и задающие движение, я при первом обследовании выделить не смогла, значит, их спрятали от случайных прохожих. Такова особенность хомо сапиенса: забредать именно туда и в тот момент, где и когда меньше всего ждут. Что же, защита от преодолевшего все заградительные барьеры дурака обеспечивалась на уровне. Для обычного человека переплетение двух склоненных друг к другу деревьев никакого волшебства не таило.