Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 607 – Юлия Фирсанова

Отказываться, возражать или устраивать поединки за право провести разведку на местности мы с Гизом не стали. Фаль с нами купаться не полетел, предпочел всем водным процедурам уютное гнездышко из меха на свободной кровати.

Вымощенная плоскими камешками тропинка – и в дождь ходить можно, не опасаясь утонуть в лужах – вела к мыльне за домом. Данный экземпляр артаксарской бани был устроен по тому же принципу, что и на перевалочном пункте лесной дороги артефактчиков.

Всей разницы – чуть похрустывающие, приятные голым ногам половички из какой-то ничуть не влажной, несмотря на постоянное нахождение в мыльне, травы. Камешки-нагреватели быстро справились со своей задачей, а мыла, как брускового, так и жидкого в горшочках, у Фегоры имелось несколько разновидностей. После случая с покрасившимся братом Гиз поосторожничал и взял себе точно такое же мыло по запаху и консистенции, как на постоялом дворе Кейра.

Мыться вдвоем совсем не то же самое, что в одиночку, и не только потому, что тебе потрут спинку и другие труднодоступные места, где хоть и не растет зубов, но грязь скапливается с катастрофической скоростью (кстати, ненавижу пот, рожденный болезнью – если его не смыть сразу, он буквально притягивает к себе всякую бяку и потом отскребается от тела с неимоверным трудом).

Нет, мыться вдвоем куда приятнее совсем по другим причинам. Взгляд, вздох, касание, даже просто касание рук любимого человека, его забота и ласка… Пусть всего несколько минут, но наедине, это волшебство куда более могущественное, чем все руны и сильфы. И не нужно роскошного ложа, простой коврик из травы и кучка относительно чистых вещей под головой, и его глаза, в которых неизбывная нежность и горячий огонь страсти.

Мы едва не потеряли друг друга сегодня, наверное, потому было в любви столько порывистой ненасытной жажды и остроты, будто встречались впервые после долгой разлуки. И нежность…

Опустившись на коврики рядом, Гиз крепко-крепко прижал меня к себе и шепнул в волосы:

– Я люблю тебя, Ксения.

– Я люблю тебя, Гиз, – ответила я быстрее, чем стукнуло сердце, и улыбнулась тому, как просто, легко и естественно сказались эти слова. Я дышу, я живу, я люблю…

Ни с кем другим раньше у меня так не получалось. Почему? Думаю, потому, что настоящим взаимным (даже если я обманывалась, считая его таким) то чувство не было. Чего-то чуть-чуть не хватило с моей стороны, что-то утаил, оставил для той дивной девы из леса – сладкой мечты прошлого – Лакс… Впрочем, теперь уже не важно, куда нужнее и важнее пальцы, запутавшиеся в темных волосах Гиза, и его губы, накрывающие мои, и сердца, бьющиеся в унисон, словно нам дано одно на двоих сердце.

Раннее утро, когда уже светло за окном, но еще тихо, я встретила в почти привычном одиночестве. Приподнялась на локте в кровати, чтобы уяснить причины происшедшего. Ага, девушка «уже не свинка» пребывала в мире грез – умаялась после перипетий путешествия в форме животного, а парочка телохранителей исчезла, вероятно, на традиционную мужскую разминку. Фаль, мелкий предатель, усвистел с ними.

Тихо, чтобы не разбудить Риаллу, свернувшуюся клубочком и по-детски подложившую кулак под щечку, я оделась и вышла в соседнюю комнату. Каюсь, из кровати меня выгнала смутная надежда отыскать сухарик-другой и водички, а лучше чайку. Ужин был давно, целая ночь прошла, и живот тихонько буркнул, намекая, что неплохо бы малость перекусить.