Книга Во имя Абартона, страница 94 – Дарья Иорданская

Иногда в минуту душевной слабости ей хотелось все рассказать, хотя стыдно было говорить о «Грезах». Но она быстро вспоминала две вещи: люди, отравленные этим зельем, должны быть помещены в карантин. Глупо такподставляться в шаге от избавления. Во-вторых, это тоже существенно, полицейские Университета никуда не годились. Они не могли найти собственную бляху на пустом столе, как гласило студенческое присловье. Куда уж им искать настоящих злоумышленников?

Еще одну вещь Мэб вполне успешно возвела в рутину: она раз в полчаса доставала из кармана зачарованный шатлен и изучала хаотично перемещающиеся по краю циферблата искры, отмечающие местонахождение амулетов. В неактивированном состоянии этот артефакт указывал, точно компас, направление, но, коснувшись искры можно было узнать множество полезных подробностей: кто, где и чем, предположительно, занят. Мэб так и не добилась от Лили правды, но подозревала Миро и следила за ним пристальнее, чем за прочими. Он, впрочем, всюду ходил со своими дружками, нуждаясь, подобно большей части родовитых студентов, в клаке.

К исходу четвертого дня в музее был наведен порядок, хотя Мэб так и не сообразила, что же здесь могли искать. Большая часть уже записанных в книгу амулетов оказалась сломана, а сличить остальное можно было только с огромными гроссбухами, в которых выцвели до почти полной невидимости чернила. Мэб не обращалась к ним, когда составляла новые описи, не стала открывать тома и сейчас. В конце концов, описание вроде «амулет круглый, зачарованный, с камнем» едва ли могло чем-то помочь. Усевшись на стул посреди сиротливо опустевшей комнаты, Мэб огляделась.

Что здесь могли искать? И как надеялись найти?

Взгляд ее упал на сложенные стопкой обрывки бумаг, куски книг и тетрадей. Утром Мэб, столкнувшись с ректором на аллее, спросила, что со всем этим делать. «Списывайте», — безразлично бросил вон Грев и поспешил по своим делам. Мэб поднялась, сделала два шага и опустилась прямо на пол, разбирая груду бумаг. Несколько старых отчетов по сложным зельям, выпуск «Университетской некрополистики» за 1896 год и дневник Мартоа. Все это оказалось свалено в одну кучу, в чем Мэб углядела удачное стечение обстоятельств, а значит — работу своего дара. Раз уж она раз за разом натыкается на этого Мартоа, значит, следует копнуть поглубже.

Нет, оборвала свои мысли Мэб. Когда чары будут сняты, нужно будет просто сообщить ректору о зелье и об исследовании Мартоа, которое имеет с «Грезами» некоторое сходство. Вот и все.

— Профессор…

Мэб обернулась. Заговаривала Лили редко, отличаясь какой-то пугающей робостью. Впрочем, учитывая, кто она такая, это было неудивительно. Наверняка девушки из колледжа Королевы Шарлотты не слишком уютно себя чувствовали среди студентов знатных, богатых, а даже и тех, кто получил стипендию благодаря своим академическим заслугам в школьные годы. Они все держались робко, глядели мимо и только изредка бросали жадные взгляды на юнцов из Королевского Колледжа. Должно быть, то были в глазах глупых девчонок настоящие прекрасные принцы. Но только в сказках с принцами живут долго и счастливо распоследние лягушки. В реальной жизни от них одни только неприятности.

— Что такое, Лили? — спросила Мэб как можно мягче, поднимаясь с колен. — Подай мне пожалуйста бумагу для упаковки.