Книга Во имя Абартона, страница 172 – Дарья Иорданская

— О, леди Мэб! Чем это вы заняты?

Мэб обернулась. Вон Грев выглядел цветущим: здоровый румянец на пухлых щечках, блеск в глазах, неприятная улыбочка. Никак не удавалось вспомнить точный момент, когда уважение, испытываемое к его начальственному положению, рангу испарилось, сменившись брезгливостью. Положа руку на сердце, он всегда был ужасным начальником. А сейчас, после всех последних событий, когда он стоял и сверлил, буквально буравил неприятным взглядом «пудренницу» в руках Мэб, он сделался просто неприятен. И жутковат.

Мэб тряхнула головой, прогоняя ненужные, глупые страхи.

— Защищаю свою жизнь, ректор. Взгляните.

Вон Грев подошел, изучил сперва артефакт в ладони Мэб, а потомлисты с заметками Реджинальда. Поморщился едва заметно.

— Вы поэтому так настаивали, чтобы я активировал защиту, леди Мэб?

Мелькнула дурацкая откровенно мысль: а он хоть когда-нибудь ее называл «профессором», так сказать, по доброй воле? Мэб отогнала ее, распрямила плечи и сказала так твердо, как только могла:

— Мы с профессором Арнольдом настаивали на активации защиты с единственной целью: защитить Абартон, его студентов, преподавателей и персонал. Разве не в этом суть нашей, — и вашей, про себя добавила Мэб, зло сверкая глазами, — работы?

— И сейчас вы при помощи этой игрушки надеетесь вычислить убийцу своей Лили Шоу? — хмыкнул ректор неодобрительно.

Мэб прикусила язык, давясь рвущимися оскорблениями. Нет уж, она будет серьезной, благоразумной, сдержанной леди. Отец всегда говорил, что гнев — плохой советчик.

— Убийцу Лили Шоу пусть ищет полиция. Профессор Эншо, уверена, сможет представить им все подробности об артефакте, который наделал здесь столько шума и разрушений, — и Мэб кивнула на изодранный портрет. — В этих делах я судить не берусь, я не профессионал. Но я намерена найти человека, который совратил юную девушку и выставил в столь неприглядном свете.

— Леди Дерован! — простонал ректор.

«Профессор Дерован!» — еле слышно процедила Мэб. Прокашлялась. Заговорила мягко, вкрадчиво. Этому она научилась у матери, которая умела при желании вить веревки даже из такого рассудительного и практически не поддающегося чужому влиянию человека, как отец.

— Ректор, я убеждена, кто-то из студентов Королевского колледжа применяет сильные амулеты. Эти дети могут себе позволить купить любую вещь и, увы, они еще недостаточно разумны, чтобы избегать опасных и запрещенных предметов. Вспомните себя в их возрасте! И подумайте, что будет, если это вдруг станет известно. Я не стану подозревать их в применении артефакта, имитирующего «пьютские ножи», это слишком уж дорого и экзотично. Но, господин ректор, студент-старшекурсник, применяющий амулет, способный заблокировать зелье правды — это скандал.

— Вы шантажируете меня, леди Мэб? — изумился вон Грев.

— Упаси меня боги, ректор. Я взываю к вашему благоразумию.

Вон Грев оглядел ее с ног до головы, и Мэб сразу же стало не по себе. Холодок прошел по коже и захотелось, чтобы рядом был Реджи. С нимона определенно чувствовала бы себя увереннее, чувствовала себя под надежной защитой. Или хотя бы профессор Арнольд. Он щиплет молоденьких преподавательниц и иногда позволяет себе оскорбительные намеки, но при этом не выглядит разъяренной гюрзой. Сейчас Мэб была готова на любую компанию, даже на бесполезного Кэрью.