Книга Обманщики. Пустой сосуд, страница 18 – Дарья Иорданская

— Вот так-то лучше, — Цзюрен вколол в пучок шпильку и отступил. — Идем, молодой господин.

Возле статуи Горнего Владыки Цзюрен остановился и аккуратно пристроил свой меч у ног небожителя. Там уже лежали вещи, которые идущие в монастырь взять с собой не могли — на сохранении, под пристальным и строгим взглядом божества. Кое-кто из паломников косился недобро на эти скромные сокровища.

— А вы не боитесь, что ваш меч украдут? — тихо спросила Лин.

— Клинок Дзянсина? — хмыкнул мужчина. — Посмотрел бы я на это.

— Он волшебный?

— Можно и так сказать, — кивнул Цзюрен. — Идем.

В ворота монастыря он стучал не меньше десяти минут, но в конце концов из дверей появился недовольный прислужник. На этот раз нефритовые ярлыки и тихие — Лин ничего не смогла разобрать — слова произвели впечатление, и их пропустили внутрь. И служка даже поклонился со сдержанным почтением.

* * *

К средству этому Цзюрен прибегать не любил, но пришлось продемонстрировать свою личную печать из резного алого нефрита. В такие минуты становилось неловко, и Цзюрен казался себе обманщиком, хотя заслуги его были самые настоящие. Личная его печать всякий раз производила такое впечатление, точно сам Горний Владыка спустился с небес. Вот и сейчас храмовый прислужник посторонился, засуетился, шире открывая ворота, и едва ли не в поклоне согнулся перед столичной знаменитостью.

— Это со мной, — бросил Цзюрен и вошел.

Иль’Лин совсем по-женски засеменила следом. Цзюрен бросил на нее взгляд украдкой через плечо. Юноша из нее получился так себе, надо признать, слишком робкий, слишком нежный. Внешнего сходства, конечно, ни малейшего, но сейчас она напомнила Цзюрену Ин Ин в первые дни их знакомства. На ней тогда тоже было мужское платье, в таком путешествовать безопаснее, но она никого бы не обманула своим маскарадом. Краснея и бледнея, Ин Ин пыталась пробраться в гарнизон, чтобы передать срочное послание своему брату.

Его убили меньше чем год спустя.

Это ли сходство заставило Цзюрена вмешаться? Или решимость, прозвучавшая в голосе девушки? Она бы, пожалуй, могла ради своего «наставника» устроить переполох, который был сейчас совсем лишним. Нужно было как можно скорее разрешить дело и оставить Сыли.

Цзюрен показал второй ярлык и сказал о своем желании заглянуть в монастырское хранилище. Служка забормотал что-то оправдательное о мече, о правилах и о глупом послушнике, которогонепременно накажут.

Время утекало сквозь пальцы.

Потребовалось шесть дней, чтобы добраться сюда от столицы. Цзюрен почти не спал, загонял лошадей, спорил со стражами и разъезжими, и вот он практически у самой цели, а этот мальчишка лебезит и тратит его драгоценное время.

— Книгохранилище, — веско повторил Цзюрен.

Служка пискнул что-то о настоятеле и убежал. Цзюрен прислонился к резной колонне и скрестил руки на груди, созерцая бескрайние дали. Вид, открывающийся со стены обители Сыли, умиротворял. Заставлял почувствовать себя приятно ничтожным и незначительным. Так хорошо иногда бывает ничего не решать и ни о чем не думать.

Позади скрипнула дверь.

— Почтенный Дзянсин.

— Настоятель Ифан, — Цзюрен поклонился почтительно, хотя настоятель и не понравился ему с первого взгляда.

— Большая честь видеть в нашей скромной обители столь прославленного человека.