Книга Зеркало королевы Мирабель, страница 21 – Дарья Иорданская

* * *

Через полтора часа бессмысленной беготни по полупустому городу Фламэ с трудом уговорил молодого лорда свернуть в таверну, расположенную на Малой Торговой площади, чтобы передохнуть и спокойно все обдумать. Тут же обнаружились, вернее, не обнаружились две вещи. Таинственным образом исчезли белобрысая гадалка, с самого начала не внушавшая Фламэ доверия, и кошелек, который Бенжамин носил за пазухой. Лорд-наемник по этому поводу только выругался. Куда больше гадалки и денег занимала его сейчас судьба сестры.

— Мы можем сколько угодно бегать по городу, милорд, — резонно заметил Фламэ, — и это ни к чему не приведет. Своими размерами Каэлэд уступает разве что только Уэлленду, и до утра мы обойдем разве что торговую сторону. Даже до реки не доберемся. А ведь почти наверняка кто-то видел леди Беатрису и запомнил, куда она пошла.

— Кто? — хмуро спросил Бенжамин и крикнул тавернщику, — Дядька, вина!

Фламэ с сомнением покосился на выстроившиеся на прилавке бутылки. Каэлэд никогда не мог похвастаться хорошими винами, а музыканту хотелось бы сохранять в этом городе свежую голову.

— Мальчишки, милорд. Уличные мальчишки, — пояснил он, отодвигая подальше предложенный кубок.

— Ты видел хоть одного, а, горлодер? — грубо поинтересовался Филипп.

Ну конечно, без «секретаря» беседа о леди Беатрисе обойтись не могла. Лучше бы брал пример со своего товарища Альбера и вообще не раскрывал рта.

— С чего бы воришкам и попрошайкам показываться на глаза вооруженным наемникам? — ядовито поинтересовался Фламэ. — Чтобы, не дожидаясь суда, им обрубили руки?

— Когда это такое случалось?! — возмутился Филипп. — Кто же дитя-то неразумное обидит?!

— Адмару вашему любимому случалось, — фыркнул музыкант. — Оставайтесь здесь. Я попробую порасспрашивать о леди Беатрисе. В самом деле, лучше не ходить по Каэлэду такой толпой, привлекая излишнее внимание.

Поднявшись, он закинул гитару на плечо.

— Бренчалку свою оставь, — потребовал «секретарь», скотина недоверчивая.

Преувеличенно медленно Фламэ снял гитару и опустил на лавку. Потом развернулся на каблуках и направился к двери.

Внешность, увы, была обманчива, и ни лорд, ни его «дружинники» простачками не были. У Фламэ и в самом деле была мысль сбежать, пока Бенжамин разыскивает свою сестру, но теперь это было невозможно. Даже если не брать в расчет воспоминания, связанные с гитарой, оставлять ее в таверне было нельзя. А иначе, чем придется кормиться в дороге? Музыкант умел, конечно, не только петь. Просто ничем иным он не собирался более заниматься.

Закутавшись в плащ, Фламэ вышел на улицу. Солнце стояло высоко, и Торговая сторона выглядела теперь оживленно. Раскрыты были ставни лавок, сновали от одной к другой поварихи с корзинами, поварята с мешками, в которых что-то слабо трепыхалось, суетились в толпе оборванныемальчишки. И все же над площадью словно нависла какая-то черная туча. В прежние времена такое бывало только, когда появлялся в конце улицы сам Палач в сопровождении черных рыцарей Королевы. Теперь Палач словно стоял у каждого за спиной. Оглядываясь, Фламэ пересек площадь и остановился возле торговки фруктами. В это время года она могла похвастаться только сушеными абрикосами и мочеными яблоками. Впрочем, денег у музыканта не было и на горсть подсолнечных семечек, которыми торговала неопрятная старуха, сидящая на краю отключенного фонтана. Тем не менее, место было выбрано верно, и через пару минут Фламэ ловко поймал за руку, тянущуюся к связке абрикосов, чумазого мальчишку. Одет воришка был бедно, но опрятно, и только лицо и колени выпачканы в грязи.